Феномен цепецентричности Т-клеточных рецепторов - возможности и проблемы применения в медицине

Резюме

Кристаллографические исследования взаимодействия TCR с молекулами MHC сформировали общее представление, согласно которому в ходе взаимодействия рецептор приобретает диагональную ориентацию на молекуле MHC с тем, чтобы обеспечить взаимодействие остатков антигенного пептида, связанного этой молекулой, с наиболее вариабельными CDR3-участками α- и β-цепей Т-клеточного рецептора. Методами аланинового мутагенеза и рентгеноструктурного анализа в сочетании с методами плазмонного резонанса было показано участие во взаимодействии как аминокислотных остатков пептида, α-спиральных и β-складчатых структур молекул MHC, формирующих антиген-связывающую бороздку, так и всех 3 вариабельных регионов обеих цепей TCR. Открытия последних лет обнаружили новый необычный способ специфического распознавания комплексов HLA/пептид рецепторами Т-лимфоцитов. Его особенность состоит в том, что во взаимодействии с комплексом HLA/пептид участвует α-цепь рецептора, тогда как β-цепь играет пассивную роль, влияя лишь на общую авидность взаимодействия TCR с молекулой MHC, но не на его специфичность. Такой необычный способ распознавания способен в корне изменить ситуацию с практическим применением Т-клеточных рецепторов в медицине. Возможность идентификации одной цепи TCR, с которой связана специфичность, позволила отказаться от длительной и трудоемкой процедуры клеточного клонирования Т-лимфоцитов и применить NGS-секвенирование для анализа α-цепей поликлональных популяций Т-лимфоцитов и их ответов на антиген. Это существенно ускоряет процедуру поиска нужных α-цепей, что делает возможным использование данного подхода для перcонализированной терапии онкологических заболеваний и оперативного формирования иммунной устойчивости организма к инфекциям.

Ключевые слова:Т-клеточный рецептор; α-цепь TCR; трансгенез; ретровирусная трансдукция; адоптивная иммунотерапия; противоопухолевый иммунитет; инфекционный иммунитет

Для цитирования: Казанский Д.Б., Калинина А. А., Замкова М.А., Хромых Л.М., Персиянцева Н. А. Феномен цепецентричности Т-клеточных рецепторов - возможности и проблемы применения в медицине. Иммунология. 2020; 41 (5): 421-431. DOI: https://doi.org/10.33029/0206-4952-2020-41-5-421-431

Финансирование. Работа выполнена при поддержке Фонда перспективных исследований, договор № 6/053/2015-2018 от 20 октября 2015 г.

Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Введение

До недавних пор у научного сообщества не было сомнений в том, что топология взаимодействий различных Т-клеточных рецепторов (TCR) с молекулами MHC сходна и призвана обеспечить контакт наиболее вариабельных фрагментов TCR CDR3α и CDR3β с аминокислотными остатками пептида. При этом CDR3α взаимодействует с аминотерминальной частью пептида, а CDR3β - с карбокситерминальной [1, 2]. Не было сомнений и в том, что во взаимодействии TCR с комплексом MHC/пептид обе цепи TCR участвуют равноправно и создают единый антиген-распознающий интерфейс. Тем не менее, этот интерфейс пластичен и заметно изменяется при взаимодействии рецептора с его лигандом, причем более значительным перестройкам подвергается область, сформированная аминокислотными остатками α-цепи [3, 4].

Одним из путей исследования таких взаимодействий является создание животных с трансгенными TCR. Но существующим моделям с трансгенным TCRα/β присущ ряд недостатков, которые становятся серьезным препятствием для использования в исследованиях биологии и гомеостаза Т-лимфоцитов. В числе таких недостатков - глубокие нарушения характера дифференцировки Т-лимфоцитов в тимусе и нефизиологически высокое содержание Т-лимфоцитов с одинаковой специфичностью, что вынуждает экспериментаторов использовать инвазивные методы и схемы экспериментов, в частности - адоптивный перенос трансгенных Т-клеток лимфопеничным животным дикого типа [5]. Способом преодолеть это является трансгенез индивидуальных цепей Т-клеточного рецептора на уровне зиготы. Функциональные последствия такого трансгенеза различны в связи с тем, что экспрессия a- и p-цепей в различной степени подчинена правилам аллельного исключения. Экспрессия α-цепей ими не контролируется и поэтому приводит к расширению репертуара TCR. Экспрессия β-цепей им строго подчинена, в связи с чем экспрессия трансгена β-цепи приводит к образованию репертуара рецепторов, в подавляющем большинстве которых присутствует трансгенная β-цепь, сужающая разнообразие репертуара. Это побудило нас создать собственные трансгенные модели, в которых трансген кодирует одну из цепей TCR, допуская нормальную перестройку генов другой цепи и формирование разнообразного репертуара Т-лимфоцитов [6, 7].

Проведенная работа позволила выявить группу TCR, закономерности специфического взаимодействия которых с комплексами MHC/пептид не совсем обычны и диктуются лишь одной из 2 цепей TCR, входящих в их состав - цепецентрических Т-клеточных рецепторов [8].

Т-клеточные рецепторы в развитии Т-лимфоцитов

Для адекватного понимания последствий трансгенеза цепей TCR имеет смысл привести основные сведения о развитии Т-лимфоцитов в тимусе. Согласно консенсусу, сложившемуся в 70-80-х гг. прошлого века, Т-лимфоцитом называют клетку, экспрессирующую TCR [9]. TCR представляют собой гетеродимеры, состоящие из 2 полипептидных цепей α и β (или γ и δ), связанных между собой дисульфидной связью и заякоренных в мембране Т-лимфоцита. Подобно антителам они имеют вариабельную структуру, формирующуюся в результате случайной рекомбинации генных сегментов V и J (для α- и δ-цепей) и V, D и J (для β- и γ-цепей). Сама по себе молекула TCR лишена сигнальных функций - для передачи сигнала о взаимодействии рецептора с антигеном ей необходим комплекс вспомогательных молекул, получивших название CD3, которые содержат в своей структуре мотивы для фосфорилирования по остаткам тирозина [10]. В свою очередь, для появления компонентов CD3 на клеточной поверхности необходим полностью сформированный гетеродимер TCR, так как формирование функционального комплекса TCR/ CD3 зависит от трансмембранных аминокислотных остатков в структуре TCR [11]. В качестве антигена для комплекса TCR/CD3 выступает комплекс молекулы главного комплекса гистосовместимости с пептидом антигена, процессированного в антиген-презентирующей клетке. Такой пептид является интегральным компонентом комплекса MHC/пептид, так как в его отсутствие молекула MHC теряет стабильность и исчезает с поверхности клетки. Условием связывания пептида с молекулой MHC является наличие в его структуре мотива, специфичного для данного аллеля MHC класса II или нескольких аминокислотных остатков в определенных позициях [12].

В ходе развития предшественников лимфоцитов, попавших в тимус, специализированный эпителий тимуса через рецептор Notch1 коммитирует их развитие в направлении Т-лимфоцитов. Он запускает продукцию рекомбиназ в тимоцитах и в дальнейшем развитие, контрольные точки и физиология Т-лимфоцитов в значительной степени зависят от того, насколько успешной была перестройка генных сегментов. Раньше всех начинается перестройка генов β- и δ-цепей, которая носит взаимоисключающий характер - образование продуктивной последовательности δ-цепи приводит к полному подавлению перестроек β-цепи, что определяет путь дальнейшего развития в сторону γδ-Т-лимфоцитов, которые лишены экспрессии корецепторов CD4 и CD8 и являются двойными негативными (DN - double negative). И наоборот, появление функциональной β-цепи полностью блокирует перестройку гена δ-цепи и коммитирует Т-лимфоцит к развитию в направлении αβ-Т-клеток. Ввиду того, что вероятность успешной одновременной реаранжировки генов γ- и δ-цепей с образованием функционального рецептора невелика, большая часть Т-клеток становится αβ-Т-лимфоцитами, так как в их развитии в этот момент присутствут дополнительная контрольная точка - экспрессия суррогатной α-цепи. Неудачная реаранжировка гена β-цепи на одной хромосоме может быть компенсирована перестройкой гена на другой. Этот период в развитии Т-лимфоцитов носит название β-селекции - он имеет место на стадиях DN3 и DN4 и сопряжен со значительными изменениями экспрессии поверхностных маркеров CD44 и CD25. DN1(CD44+CD25-) → DN2(CD44+CD25+) → DN3(CD44-CD25+pTα+β+) → DN4(CD44-CD25-преTCR+) [13]. Если реаранжировка гена β-цепи прошла успешно, образовавшиеся цепи соединяются с инвариантной суррогатной α-цепью и образуют комплексы (преTCR), которые неспособны попасть на поверхность клетки, но, возможно, обладают аутокаталитической активностью, сигнализирующей Т-лимфоциту о необходимости дальнейшего выживания. Если все попытки перестроек генов β-цепей оказались неудачными, суррогатная цепь не может найти партнера и генерировать сигнал для выживания Т-лимфоцита, что приводит к гибели Т-лимфоцита по механизму апоптоза. Появление функциональной β-цепи вызывает прекращение экспрессии рекомбиназ, перестроек гена на другой хромосоме и переход соответствующих областей ДНК другой хромосомы в гетерохроматиновые области. Этот механизм лежит в основе аллельного исключения экспрессии генов β-цепей, которые строго ему подчинены - в одной Т-клетке может экспрессироваться только один функциональный ген β-цепи. Прохождение Т-клеткой этой контрольной точки приводит к включению новой волны экспрессии рекомбиназ, перестройке гена α-цепи и началу экспрессии корецепторов CD4 и CD8. В отличие от генов β-цепей, гены α-цепей могут перестраиваться на обеих хромосомах - они не подвержены аллельному исключению, что приводит к появлению небольшого процента Т-лимфоцитов, на которых можно обнаружить два TCR, β-цепь у которых одинакова, а α-цепи различаются по первичной структуре [14, 15].

С образованием нормальной функциональной α-цепи возникает возможность для сборки полноценного TCR и его появления на клеточной поверхности в комплексе с белками CD3. Гены α-цепей способны перестраиваться неоднократно, так как допустимы повторные рекомбинации сегментов V и J, расположенных на хромосоме более дистально. Это происходит до тех пор, пока формирующийся гетеродимер не "увидит" окружение молекул MHC, в котором он находится. Если такой вариант TCR не образовался и все варианты формирующихся α-цепей оказались вне рамки считывания либо неспособными обеспечить взаимодействие TCR с молекулами MHC, Т-лимфоцит погибает "от забвения" по механизму апоптоза и поглощается макрофагом. Эта контрольная точка развития Т-лимфоцитов получила название позитивной селекции. Дальнейшее развитие Т-лимфоцитов становится критически зависимым от MHC-окружения, в котором они находятся [16]. Случайный характер формирования генов TCR допускает возможность образования клонов с аутореактивными рецепторами, способных разрушить организм, в котором развивается иммунная система. С целью предотвращения этого и приобретения иммунной системой способности различать "свое" и "чужое" в ходе ранних стадий развития лимфоцитов работает механизм негативной селекции - гибель клонов, TCR которых сильно взаимодействуют с собственными молекулами MHC организма. Для того чтобы такое удаление происходило наиболее полно, в медуллярном эпителии тимуса функционирует ген AIRE, запускающий случайную экспрессию широкого ряда белков, включая сугубо тканеспецифические [17].

На стадии внутритимусной селекции тимоциты экспрессируют оба корецептора - CD4 и CD8, т.е. являются "двойными позитивными" (double positive, DP). Эти корецепторы определяют взаимодействие TCR соответственно с молекулами MHC класса II и молекулами MHC класса I. Между тем известно, что на зрелых периферических Т-лимфоцитах корецептор всегда один - CD4 или CD8, они являются "однопозитивными" (single positive, SP). Механизм выбора ими пути дифференцировки долгое время являлся предметом дискуссий, согласие в которых было достигнуто сравнительно недавно. В клетках DP киназа Lck, которая в периферических Т-лимфоцитах ассоциирована с корецепторами, связана главным образом с корецептором CD4 [18]. Корецептор CD8 в такой ситуации "молчит". В наших экспериментах мы наблюдали, как искусственная трансдукция в клетки тимомы 4G4 TCR, специфичного к молекуле MHC класса I и обоих корецепторов, приводила к тому, что ответ DP-трансфектантов становился зависимым от корецептора CD4 и его взаимодействия с молекулами MHC класса II на стимулирующих клетках. После получения сигнала к позитивной селекции Т-лимфоцит снижает экспрессию обоих корецепторов, а потом временно усиливает экспрессию CD4, становясь, таким образом, CD4+CD8low. Если TCR такого Т-лимфоцита взаимодействует с эндогенной молекулой MHC класса II, получаемый Т-лимфоцитом на этой стадии стабильный и продолжительный сигнал служит указанием для его дифференцировки в SP-Т-лимфоцит CD4+CD8-. Слишком сильный сигнал в этот момент может не только привести к гибели Т-лимфоцита, но и вызвать иные функциональные последствия - дифференцировку в регуляторные Т-лимфоциты (Трег) или CD8-Т-лимфоциты. Таким образом организм пытается сохранить в репертуаре с таким трудом созданные и потенциально полезные специфичности TCR [19]. Действительно, когда мы создали Т-гибридомы из активированных периферических CD8+-Т-лимфоцитов мышей C57BL/6 (H-2b) и клеток лимфомы, стабильно трансдуцированной геном CD4, значительная доля таких гибридом (от 15 до 25 %) начинала отвечать на сингенную молекулу MHC класса II (Ab) [20]. Если TCR взаимодействует с эндогенной молекулой MHC класса I, сигнал в виде молекулы Lck, связанной с корецептором CD4, не поступает и это становится указанием для превращения Т-лимфоцита в SP-CD4-CD8+ с утратой корецептора CD4 [21]. Появление SP-Т-лимфоцитов CD4 и CD8 предполагает завершение ими внутритимусной дифференцировки и селекции, превращение в ранние тимусные эмигранты и расселение в периферические лимфоидные органы. В дальнейшем взаимодействие их рецепторов с молекулами гистосовместимости стимулирует выживание Т-лимфоцитов и тем самым поддерживает гомеостаз клеток иммунной системы [22, 23].

Клонирование рецептора клеток памяти и получение трансгенных животных с экспрессией индивидуальных цепей TCR

Для идентификации клеток памяти обычно используются 2 пути - оценка их функциональных свойств (способность к ускоренному ответу на низкие дозы антигена, простые условия активации, независимость от костимуляции, устойчивость к кортикостероидам и облучению) или спектра поверхностных маркеров, за редким исключением представляющих собой маркеры активации Т-лимфоцитов. Но одно не всегда совпадает со вторым - спектр активационных маркеров клеток памяти часто приобретают Т-лимфоциты в условиях лимфопении. Широкое распространение получили исследования, проводимые на TCR-трансгенных животных, а это означает, что в них используют Т-клетки с одинаковой структурой TCR и в фокусе внимания исследователей находятся лишь эпигенетические особенности клеток памяти [7]. В какой мере функциональные особенности клеток памяти определяются их генетикой (Т-клеточными рецепторами), остается неясным.

Ранее мы нашли эффективный способ вызывать селективный ответ клеток памяти, специфичных к аллогенным молекулам MHC класса I без сопутствующей активации и вовлечения в ответ клонов наивных Т-лимфоцитов [24]. Для этого мы использовали смешанную культуру лимфоцитов животных, предварительно иммунизированных клетками аллогенных опухолей, в качестве отвечающих Т-лимфоцитов и аллогенные спленоциты, убитые острым тепловым шоком (45оС, 1 ч), в качестве стимулирующих клеток. Мы показали, что в такой экспериментальной системе избирательно пролиферируют CD8-Т-клетки памяти, специфичные к аллогенной молекуле MHC класса I и способные распознавать ее мутантные формы [25, 26]. Этот простой методический подход позволил получить клоны и Т-клеточные гибридомы клеток памяти, что в свою очередь открыло путь к молекулярной идентификации и клонированию их рецепторов [27]. Следующим нашим шагом стало получение животных с трансгенной экспрессией отдельных цепей TCR [6]. В силу полного или частичного (функционального) аллельного исключения α- и β-цепей TCR репертуар Т-клеток у таких животных оказывается в различной степени суженным, что дает возможность исследовать влияние индивидуальных цепей TCR на проявление широкого ряда феноменов иммунитета - таких как внутритимусная селекция Т-лимфоцитов, их выживание на периферии, аллогенное распознавание, аутоиммунитет и формирование Т-клеток памяти [7, 28].

Мы изучали последствия экспрессии трансгенов аи p-цепей TCR Т-гибридомы клеток памяти, клонированной нами ранее. При исследовании тимусов трансгенных мышей мы не обнаружили нарушений в развитии Т-клеток, вызванных экспрессией трансгена. После прохождения внутритимусной селекции CD4+- и CD8+-лимфоциты, экспрессирующие трансген, выходят на периферию, успешно там рециркулируют и их нормальное соотношение не нарушается [7].

Экспрессия α-цепей не подвержена аллельному исключению и один Т-лимфоцит способен экспрессировать два TCR, если перестройка α-локусов на обеих хромосомах будет продуктивной.

В силу того, что обе цепи TCR формируют единый антиген-распознающий интерфейс, мы ожидали, что раздельный трансгенез α- и β-цепей TCR клеток памяти приведет к утрате способности трансгенных рецепторов к распознаванию исходного антигена, с которым реагировали клетки памяти - молекулы H-2Kb. Результаты исследования трансгенов α-цепи рецептора клеток памяти, получивших название 1D1a, нас сильно удивили. Хотя мышам 1D1a была перенесена лишь одна α-цепь TCR клеток памяти, они приобрели способность быстро отторгать клетки лимфомы EL4, несущие иммунизирующий антиген, как это происходит у иммунизированных животных, клетки памяти которых уже сформировались. Если мышам дикого типа на это требовалось 10-12 дней, у трансгенных животных практически полное отторжение клеток лимфомы имело место уже к 3-6-му дню. Интерпретировать это можно было одним единственным способом - получалось, что трансгенная α-цепь объединяется в Т-лимфоцитах с их случайно образованными эндогенными β-цепями и диктует им специфичность исходного TCR. А это, в свою очередь, означает, что антиген-распознающий интерфейс может быть сформирован аминокислотными остатками одной лишь α-цепи TCR. По всей видимости, роль β-цепи в этом случае сводится лишь к тому, чтобы сформировать с трансгенной α-цепью гетеродимер TCR, способный к транспорту и заякориванию в клеточной мембране. Сложность в нашем случае была в том, что к содержащемуся в TCR 1D1a вариабельному сегменту с последовательностью Vα11.3 в мире не создано коммерческих антител. Поэтому, чтобы показать присутствие и функциональность трансгенного белка на поверхности Т-лимфоцита, нам пришлось синтезировать конструкцию, обеспечивающую экспрессию слитого белка 1D1α-GFP, и трансдуцировать ее в активированные Т-лимфоциты [8]. Полученные трансфектанты действительно содержали трансгенную цепь на поверхности, экспрессировали различные эндогенные Р-цепи TCR и приобретали способность как убивать клетки EL4 в культуре in vitro, так и подавлять рост опухоли при введении мышам с трансплантированной лимфомой EL4. Пролиферативный ответ спленоцитов трансгенных мышей в MLR со стимуляторами C57BL/6 (H-2b) многократно превосходил таковой у животных дикого типа. Динамика иммунного ответа у трансгенных животных совпадала с его динамикой у иммунизированных животных дикого типа с уже сформированными клетками памяти. Более того, мы обнаружили, что у трансгенных мышей даже в отсутствие иммунизации в лимфоидных органах обнаруживается достоверно более высокое количество Т-лимфоцитов c фенотипом CD44+CD62L+, характерным для клеток памяти, что говорит о том, что особенности TCR способны определить фенотип и функции Т-лимфоцита [8]. По всей видимости, ключевая роль в этом принадлежит взаимодействиям TCR с эндогенными комплексами MHC/пептид и их представленностью на путях миграции Т-клеток.

В целом полученные результаты указывали на то, что иммунную память можно перенести интактному организму, используя методики трансгенеза и трансдукции Т-лимфоцитов и, что может быть весьма новым и важным для медицинской и ветеринарной практики, делать это без применения вакцин. Это может быть полезно пациентам, подверженным вакцинофобии, имеющим противопоказания к вакцинации или к тем, кто по тем или иным причинам неспособен к развитию защитного иммунитета в ответ на введение вакцин. Другой областью применения результата может быть экстренное создание иммунной защиты от быстротекущих инфекций. В случае обычного иммунного ответа необходим период размножения антиген-специфических клонов, прежде чем иммунная система справится с атаковавшим ее патогеном. При трангенезе же пул Т-клеток, специфичных к патогену, присутствует исходно (как у трансгенных животных) или создается искусственно с помощью трансдукции нормальных (нетрансгенных) Т-клеток нормального организма генами, кодирующими TCR. Полученные нами результаты свидетельствуют также о возможности предсуществования клеток памяти до контакта организма с антигеном. Это означает, что первичный иммунный ответ наряду с Т-клетками памяти включает набор Т-клеточных клонов с относительно невысокой специфичностью к патогену и на пике первичного иммунного ответа клетки памяти составляют совсем небольшую его часть. В ходе клональной конкуренции in vivo клетки памяти постепенно вытесняют другие типы Т-лимфоцитов из иммунного ответа. Это могло бы служить неплохим объяснением олигоклональности клеток памяти [29]. В этом случае теоретическая основа, описывающая биологию клеток памяти и эффекты вакцинации, потребует существенного пересмотра. В плане парадигмы, господствующей сейчас в иммунологии, предполагается разделение функций врожденного иммунитета - немедленного, но неспецифического, и адаптивного - специфического, но требующего времени для его развития. В развивающихся в трансгенном организме Т-лимфоцитах мы видим пример успешного объединения этих качеств и способности к выполнению функций специфического иммунитета врожденно.

Появление термина "цепецентрический Т-клеточный рецептор"

Ключевые эксперименты, показывающие способность трансгенных мышей 1D1a ускоренно отторгать клетки лимфомы EL4, были поставлены нами в маеиюне 2014 года. Именно тогда стало ясно, что клонированная нами α-цепь TCR клеток памяти обладает необычной способностью к доминированию над различными β-цепями в ответе на специфический антиген. Почти одновременно с нашими экспериментами, 07.07.2014 в редакцию "The Journal of Immunology" поступила статья группы N. Hirano из Princess Margaret Cancer Centre, University Health Network (Торонто, Канада), где были описаны похожие результаты, полученные на Т-клетках крови человека, трансдуцированных геном α-цепи SIG35α со специфичностью к пептиду АА27-35, представленному в комбинации с молекулой гистосовместимости HLA-A2. В статье авторы показали, что тансдукция этой α-цепи в Т-лимфоциты человека с разнообразными β-цепями придает им специфичность к этому же антигену. Вместе с тем, различные партнерские β-цепи могли в значительной мере (на 2 порядка) изменять авидность результирующих рецепторов, не оказывая влияния на их специфичность [30]. Именно авторы данной статьи ввели в употребление термины "chain-centricity" (цепецентричность), "chain-centric TCR" (цепецентрический TCR). Для обозначения доминантной цепи такого TCR они ввели, на наш взгляд, менее удачный термин "centric hemichain". В последующих работах авторы показали, что доминантная цепь может диктовать MHC-рестриктированную специфичность без существенного вовлечения партнерской цепи. Они предположили, что цепецентричность может быть использована для оптимизации противоопухолевых ответов - усиления противоопухолевого ответа и ослабления нежелательных перекрестных реакций на посторонние MHC/пептидные комплексы [31]. Путем трансфекции периферических Т-лимфоцитов геном α-цепи SIG35α со специфичностью к пептиду АА27-35, представленному в комбинации с молекулой гистосовместимости HLA-A2, та же группа ученых обнаружила, что гены β-цепей, с которыми объединяется трансгенная цепь в CD4+-Т-клетках, могут являться источником для создания особенно высокоавидных CDS-независимых TCR. Они объясняют это негативной селекцией Т-клеток с такими вариантами β-цепей в ходе внутритимусного развития CD8+-Т-клеток [32]. Основываясь на полученных результатах, авторы опубликовали протокол поиска β-цепей c нужными свойствами для дизайна противоопухолевых TCR с требуемой аффинностью [33].

Использование цепецентрических TCR для противодействия инфекционным патогенам

Из экспериментов с трансгенной линией животных стало ясно, что эти животные рождаются с подготовленным иммунитетом к клеткам лимфомы EL4, который убивает опухоль в считанные дни. Логично было предположить, что α-цепи цепецентрических TCR могут быть применены для создания иммунитета против инфекций. Теоретические основания для этого представлены в обзорах [34, 35]. В качестве таких инфекций были выбраны патогенные микроорганизмы Salmonella typhimurium и Listeria monocytogenes с внутриклеточной локализацией. Этой цели был подчинен наш проект "Трансген", поддержанный Фондом перспективных исследований. В ходе его выполнения важно было понять, насколько уникален обнаруженный нами рецептор 1D1a. Очевидно, что подход мог бы сработать, если частота таких цепецентрических рецепторов в репертуаре достаточно высока. Поскольку этот подход исключает необходимость молекулярного клонирования β-цепей TCR, а стало быть, получения Т-клеточных клонов, одноклеточного секвенирования или обширного перебора вариантов в поисках необходимой комбинации α- и β-цепей, мы решили использовать NGS-секвенирование α-цепей поликлональных антиген-специфических Т-лимфоцитов, выделенных из культур, стимулированных антигенами in vitro, используя методические подходы, описанные Д.М. Чудаковым и соавторами, в модификации, дополненной бар-кодированием для более точного определения частот последовательностей, относящхся к тому или иному клонотипу [36-38]. Такой подход способен многократно ускорить и упростить самую трудоемкую и методически сложную часть работы - поиск TCR с заданной специфичностью, пригодных для адоптивной иммунотерапии. Увеличение частоты определенных клонотипов под воздействием антигенной стимуляции по сравнению с нестимулированными культурами давало нам основание считать такие клонотипы специфичными к стимулирующему антигену. Такие клонотипы отбирали и на основе последовательностей их CDR3-участков клонировали полные последовательности кодирующих кДНК, вставляли в ретровирусные векторы и с помощью ретровирусной трансдукции вводили в лимфоциты мышей. После этого определяли, изменилась ли их реакция на исходный иммунизирующий антиген. Оказалось, что трансдукция примерно 20 % вариантов a-цепей приводит к стимуляции ответов на антиген [39]. Это означает, что трансдукция каждой их таких цепей привела к их синтезу, объединению с эндогенными β-цепями TCR и образованию функциональных цепецентрических TCR, способных к взаимодействию с комплексом пептида патогенного белка с молекулой гистосовместимости.

Наши первые попытки ввести трансдуцированные Т-лимфоциты инфицированным мышам в дозах, отработанных в противоопухолеой системе (1-20 - 106 на мышь) оказались неудачными - вместо защитного и терапевтического эффектов вводимых клеток мы наблюдали увеличение бактериальной нагрузки в органах-мишенях и даже гибель животных. Поскольку данный эффект наблюдался при введении нетрансдуцированных, но активированных Т-лимфоцитов, мы предположили, что причиной негативного воздействия на организм реципиента является цитокиновый шторм, вызываемый введением активированных Т-лимфоцитов на фоне инфекции. Его последствия удалось снять, снизив на порядок дозы трансдуцированных клеток, используемых при адоптивном переносе. Как при введении до, так и после инфицирования адоптивный перенос трансдуцированных клеток приводил к снижению бактериальной нагрузки в печени и селезенке на 2-3 порядка [39].

Последствия трансгенеза β-цепей TCR

Из изложенного выше следует, что исследованный нами TCR 1D1-клеток памяти является цепецентрическим. По этой причине мы решили включить в данный обзор сведения, полученные при исследовании функциональных свойств его β-цепи.

В развитии трансгенез β-цепей TCR приводит к подавлению собственных перестроек генов β-цепей и в значительной мере зависит от времени начала экспрессии трансгенной цепи. Использованный нами промотор hCD2 приурочивает начало экспрессии трансгена ко времени начала перестроек генов эндогенных β-цепей. К этому времени присутствует небольшой процент Т-клеток, у которых перестройка собственных генов β-цепей уже прошла, и экспрессия трансгена в них подавляется. В итоге репертуар Т-клеток трансгенного организма состоит из двух частей - 10-20 % Т-клеток, экспрессирующих гены эндогенных, случайным образом перестроенных β-цепей и 80-90 % Т-клеток, экспрессирующих трансгенную β-цепь. Одной из основных задач нашего исследования была оценка взаимосвязи структуры Т-клеточного рецептора с фенотипическими особенностями Т-лимфоцитов, так как неясно, в какой мере они определяются структурой TCR. Важно было выяснить, влияет ли экспрессия трансгенной β-цепи TCR клеток памяти на поверхностный активационный фенотип Т-клеток. При цитофлуориметрическом анализе субпопуляции наивных Т-клеток, эффекторов и Т-клеток памяти мыши обычно идентифицируют, основываясь на экспрессии маркеров CD44 и CD62L. При этом фенотип CD44CD62L+ характеризует наивные Т-клетки, CD44+CD62L+ -центральные клетки памяти (central memory cells) и CD44+CD62L- - эффекторные клетки памяти (effector memory cells). Цитофлуориметрический анализ экспрессии этих маркеров Т-клетками селезенки созданных нами мышей трансгенной линии показал выраженное снижение доли Т-клеток с фенотипом активированных клеток и увеличение доли клеток с фенотипом наивных Т-лимфоцитов. Таким образом, мы установили, что баланс субпопуляций наивных и активированных Т-клеток может меняться под воздействием экспрессии трансгена β-цепи TCR. Самым интересным открытием этой работы стало то, что Т-лимфоциты трансгенных животных, экспрессирующие эндогенные цепи TCR, приобретают фенотип активированных Т-клеток, что обычно имеет место в условиях лимфопении, вызванной облучением или воздействием цитостатиков [7, 40, 41]. Это наблюдение позволило нам предположить, что в отсутствие иммунизации активационный фенотип Т-лимфоцитов может зависеть от успешности их конкуренции за эндогенные MHC/пептидные комплексы. Очевидно, что такая конкуренция ослабеет в условиях лимфопении и избыток эндогенных MHC/пептидных комплексов даст Т-лимфоцитам возможность к более частому взаимодействию с ними и приобретению фенотипа активированных Т-лимфоцитов. У трансгенных же животных две части репертуара (с трансгенными и нормально перестроенными TCR) оказываются в различных условиях. Трансген β-цепи TCR существенно снижает разнообразие специфичностей, распознаваемых Т-лимфоцитами с трансгенными β-цепями и приводит к усилению их конкуренции за взаимодействие с эндогенными комплексами MHC/ пептид, что, в свою очередь, приводит к приобретению Т-лимфоцитами фенотипа наивных клеток. Малая же часть Т-лимфоцитов с эндогенно перестроенными генами β-цепей оказывается в ситуации искусственного избытка эндогенных комплексов, с которыми они могут взаимодействовать, и поэтому приобретает фенотип активированных клеток и клеток памяти. Иммунизация посторонним антигеном приводит к увеличению числа комплексов MHC/пептид, с которыми способны взаимодействовать специфичные к ним Т-лимфоциты, и в результате они приобретают фенотип активированных клеток и клеток памяти, как и в условиях лимфопении. Если это действительно так, то приобретение Т-клетками фенотипа активированных клеток в ответ на иммунизацию антигеном следует рассматривать как эпифеномен их гомеостатических взаимодействий со "своими" комплексами MHC/пептид. В любом случае, очевидно, что полученные нами результаты свидетельствуют о наличии тесной взаимосвязи между особенностями структуры Т-клеточных рецепторов и поверхностным активационным фенотипом отдельных Т-клеток. Такая перестройка репертуара у трансгенов по β-цепям TCR оказывается фатальной для успешного распознавания аллогенных молекул гистосовместимости - у обеих полученных нами трансгеных линий животных присутствовали дефекты в распознавании молекул гистосовместимости аллогенных опухолей [42]. По всей видимости, причиной этому служит аллельное исключение, правилам которого подчинена экспрессия β-цепей TCR. У полученных нами мышей 1D1bFM на генетической основе линии R101 можно наблюдать все три фазы взаимодействия опухоли с иммунной системой хозяина - элиминацию, равновесие и ускользание от контроля со стороны иммунной системы, тогда как у мышей дикого типа можно наблюдать только фазу элиминации. Во всяком случае, полученные нами результаты свидетельствуют о том, что непроходимой пропасти между трансплантационным и противоопухолевым ответами не существует. По всей видимости, мы получили новую перспективную биологическую модель, пригодную для изучения биологии противоопухолевого иммунного ответа и поиска способов его модуляции. Недавно эта модель была использована нами для демонстрации стимулирующих свойств циклофилина А в противоопухолевом иммунном ответе [43].

Заключение

Результаты наших исследований и данные литературы, представленные в этом обзоре, впервые обобщают сведения о ранее неизвестном свойстве части Т-клеточных рецепторов - цепецентричности, при котором специфичность TCR к комплексу пептид/MHC определяет лишь одна из его цепей. Это свойство позволяет избежать длительных и трудоемких процедур клонирования Т-лимфоцитов в ходе поиска Т-клеточных рецепторов с нужной специфичностью и использовать высокопроизводительное (NGS) секвенирование поликлональных популяций Т-лимфоцитов для идентификации вариантов цепей TCR, специфичных к антигену. Поиск среди них цепецентрических TCR легко осуществить, используя трансдукцию отобранных генов в нормальные Т-лимфоциты с последующей оценкой приобретения ими нужной специфичности. Как оказалось, цепецентрические рецепторы в репертуаре клеток памяти не редкость и встречаются с частотой около 20 %, что делает вполне возможным их практическое использование.

В настоящее время наряду с химерными антигенными рецепторами (CAR-T) трансгенные TCR используют, главным образом, в экспериментальной и клинической онкологии для того, чтобы осуществить специфическую иммунную атаку на опухолевые клетки. С этой целью в Т-лимфоциты экспериментальных животных или человека вводят гены TCR со специфичностью к тому или иному опухолеассоциированному антигену, а затем модифицированные лимфоциты возвращают в организм больного. В этих областях адекватный выбор мишени является ключом к успеху адоптивной иммунотерапии [44-45]. С введением в практику методов NGS-секвенирования стало возможным идентифицировать не только опухолеассоциированные антигены, но и создаваемые мутациями опухолеспецифические (неоантигены). Оперативность идентификации TCR, способных их распознать, приобретает в этих условиях особое значение - впервые появилась возможность персонализации проводимой терапии [46]. Следует отметить, что эндогенные TCR зачастую становятся помехой для лечения трансгенными TCR и химерными антигенными рецепторами, так как создают возможность образования в клетке целого ряда посторонних рецепторов из-за спаривания трансгенных цепей с эндогенными, что приводит к существенному снижению интенсивности генерируемого антиген-специфического сигнала [47, 48]. Очевидно, что цепецентрические рецепторы могли бы в значительной степени снизить остроту этой проблемы, так как в этом случае в донорский лимфоцит вводится лишь одна цепь TCR, диктующая ему специфичность.

До настоящего времени применение трансгенных TCR против инфекционных патогенов не практиковалось, так как ему существует сильная альтернатива в виде вакцинации. Вместе с тем, вакцинация срабатывает далеко не сразу - необходимо время для размножения антиген-специфических клонов. У части вакцинируемых не развивается иммунный ответ на вакцину. Случаются, хотя и редко, осложнения, связанные с аллергическими реакциями, ослабленным иммунитетом пациента или эффектами антителозависимого усиления проникновения патогена в клетки (ADE). Следует ожидать, что использование цепецентрических рецепторов будет ускорять появление защитного эффекта, сразу создавая пул эффекторных клеток со специфичностью к патогену в обход иммунного ответа реципиента. Нельзя исключить и того, что такие рецепторы могут стать приемлемой альтернативой вакцинации для пациентов, страдающих вакцинофобией. Безусловно, в этом направлении далеко не все проблемы нами решены - следует добиться увеличения длительности защитного эффекта (сейчас он исчисляется неделями) и снизить риски развития цитокинового шторма у реципиентов.

В целом описанные результаты свидетельствуют о том, что: 1) вклад α- и β-цепей TCR в распознавание MHC/петидных комплексов может быть независимым; 2) трансгенез α-цепей цепецентрических TCR может быть использован для экстренного создания врожденного специфического иммунитета к антигенам опухолевых клеток и патогенным микроорганизмам; 3) функциональный потенциал клеток памяти может быть сформирован и реализован без первичной иммунизации реципиента; наличие в Т-лимфоците TCR с соответствующей структурой является достаточным условием возникновения такого потенциала; 4) особенности феноменологии специфических противоопухолевых иммунных ответов могут быть воспроизведены в ответах на трансплантационные антигены опухолевых клеток путем ограничения репертуара Т-лимфоцитов.

Таким образом, используя способность цепецентрических α-цепей TCR переносить специфичность иммунного ответа интактному реципиенту, можно существенно упростить и ускорить подготовительные этапы к адоптивной иммунотерапии онкологических больных и создавать персонализированные подходы и методики их лечения. Этот подход также может быть использован для создания экстренной иммунной защиты от инфекционных патогенов.

Вклад авторов

Руководство работой над статьей, написание текста обзора - Казанский Д.Б.; обсуждение статьи, подготовка англоязычного варианта резюме - Калинина А. А.; обсуждение статьи, научное редактирование - Замкова М.А.; обсуждение статьи, подбор цитируемой литературы - Хромых Л.М.; обсуждение статьи, подбор цитируемой литературы - Персиянцева Н.А.

Литература

1. Ding Y.H., Smith K.J., Garboczi D.N., Utz U., Biddison W.E., Wiley D.C. Two human T cell receptors bind in a similar diagonal mode to the HLA-A2/Tax peptide complex using different TCR amino acids. Immunity. 1998; 8 (4): 403-11. DOI: https://doi.org/10.1016/s1074-7613(00)80546-4

2. Garcia K.C., Degano M., Pease L.R., Huang M., Peterson P.A., Teyton L., Wilson I.A. Structural basis of plasticity in T cell receptor recognition of a self peptide-MHC antigen. Science. 1998; 279 (5354): 1166-72. DOI: https://doi.org/10.1126/science.279.5354.1166

3. Reiser J.B., Darnault C., Grégoire C., Mosser T., Mazza G., Kearney A., van der Merwe P.A., Fontecilla-Camps J.C., Housset D., Malissen B. CDR3 loop flexibility contributes to the degeneracy of TCR recognition. Nat. Immunol. 2003; 4 (3): 241-7. DOI: https://doi.org/10.1038/ni891

4. Sant’Angelo D.B., Waterbury G., Preston-Hurlburt P., Yoon S.T., Medzhitov R., Hong S.C., Janeway C.A. Jr. The specificity and orientation of a TCR to its peptide-MHC class II ligands. Immunity. 1996; 4 (4): 367-76. DOI: https://doi.org/10.1016/s1074-7613(00)80250-2

5. Schuhbauer D., Müller B., Mitchison A. Unrepresentative behavior of T cell receptor-transgenic CD4+ T cells upon adoptive transfer: lack of need for priming and an extended booster dose-response. Immunobiology. 1996; 195 (2): 152-9. DOI: https://doi.org/10.1016/S0171-2985(96)80035-0

6. Звездова Е.С., Силаева Ю.Ю., Вагида М.С., Марюхнич Е.В., Дейкин А.В., Ермолкевич Т.Г., Кадулин С.Г., Садчикова Е.Р., Гольдман И.Л., КазанскийД.Б. Создание трансгенных животных, экспрессирующих α- и β-цепиаутореактивного TCR. Молекулярная биология. 2010; 44 (2): 311-22.

7. Силаева Ю.Ю., Калинина А.А., Вагида М.С., Хромых Л.М., Дейкин А.В., Ермолкевич Т.Г., Садчикова Е.Р., Гольдман И.Л., Казанский Д.Б. Сокращение пула Т-лимфоцитов с поверхностным фенотипом эффекторови клеток памяти под воздействием экспрессии трансгена β-цепи Т-клеточного рецептора. Биохимия. 2013; 78 (5): 714-26.

8. Zamkova M., Kalinina A., Silaeva Y., Persiyantseva N., Bruter A., Deikin A., Khromykh L., Kazansky D. Dominant role of the α-chain in rejection of tumor cells bearing a specific alloantigen in TCRα transgenic mice and in in vitro experiments. Oncotarget. 2019; 10 (47): 4808-21. DOI: https://doi.org/10.18632/oncotarget.27093

9. Miller J.F. Discovering the origins of immunological competence. Annu. Rev. Immunol. 1999; 17: 1-17. DOI: https://doi.org/10.1146/annurev.immunol.17.1.1

10. Irving B.A., Weiss A. The cytoplasmic domain of the T cell receptor zeta chain is sufficient to couple to receptor-associated signal transduction pathways. Cell. 1991; 64 (5): 891-901. DOI: https://doi.org/10.1016/0092-8674(91)90314-o

11. Call M.E., Wucherpfennig K.W. Molecular mechanisms for the assembly of the T cell receptor-CD3 complex. Mol. Immunol. 2004; 40 (18): 1295-305. DOI: https://doi.org/10.1016/j.molimm.2003.11.017

12. Natarajan K., Jiang J., May N.A., Mage M.G., Boyd L.F., McShan A.C., Sgourakis N.G., Bax A., Margulies D.H. The role of molecular flexibility in antigen presentation and T cell receptor-mediated signaling. Front. Immunol. 2018; 9: 1657. DOI: https://doi.org/10.3389/fimmu.2018.01657

13. Ciofani M., Knowles G.C., Wiest D.L., von Boehmer H., Zúñiga-Pflücker J.C. Stage-specific and differential Notch dependency at the alphabeta and gammadelta T lineage bifurcation. Immunity. 2006; 25 (1): 105-16. DOI: https://doi.org/10.1016/j.immuni.2006.05.010

14. He X., Janeway C.A. Jr., Levine M., Robinson E., Preston-Hurlburt P., Viret C., Bottomly K. Dual receptor T cells extend the immune repertoire for foreign antigens. Nat. Immunol. 2002; 3 (2): 127-34. DOI: https://doi.org/10.1038/ni751

15. Legrand N., Freitas A.A. CD8+ T lymphocytes in double alpha beta TCR transgenic mice. II. Competitive fitness of dual alpha beta TCR CD8+ T lymphocytes in the peripheral pools. J. Immunol. 2001; 167 (11): 6158-64. DOI: https://doi.org/10.4049/jimmunol.167.11.6158

16. Szondy Z., Garabuczi É., Tóth K., Kiss B., Köröskényi K. Thymocyte death by neglect: contribution of engulfing macrophages. Eur. J. Immunol. 2012; 42 (7): 1662-7.

17. Anderson M.S., Su M.A. Aire and T cell development. Curr. Opin. Immunol. 2011; 23 (2): 198-206. DOI: https://doi.org/10.1016/j.coi.2010.11.007

18. Van Laethem F., Tikhonova A.N., Pobezinsky L.A., Tai X., Kimura M.Y., Le Saout C., Guinter T.I., Adams A., Sharrow S.O., Bernhardt G., Feigenbaum L., Singer A. Lck availability during thymic selection determines the recognition specificity of the T cell repertoire. Cell. 2013; 154 (6): 1326-41. DOI: https://doi.org/10.1016/j.cell.2013.08.009

19. Xiong Y., Bosselut R. CD4-CD8 differentiation in the thymus: connecting circuits and building memories. Curr. Opin. Immunol. 2012; 24 (2): 139-45. DOI: https://doi.org/10.1016/j.coi.2012.02.002

20. Побезинский Л.А., Побезинская Е.Л., Терещенко Т.С., Червонский А.В., Казанский Д.Б. Периферический пул Т-клеток CD8+ содержит лимфоциты сантигенспецифическими рецепторами, распознающими сингенныемолекулы MHC класса II. Онтогенез. 2004; 35 (3): 183-9.

21. Singer A., Adoro S., Park J.H. Lineage fate and intense debate: myths, models and mechanisms of CD4- versus CD8-lineage choice. Nat. Rev. Immunol. 2008; 8 (10): 788-801. DOI: https://doi.org/10.1038/nri2416

22. Surh C.D., Sprent J. Homeostasis of naive and memory T cells. Immunity. 2008; 29 (6): 848-62. DOI: https://doi.org/10.1016/j.immuni.2008.11.002

23. Bains I., Yates A.J., Callard R.E. Heterogeneity in thymic emigrants: implications for thymectomy and immunosenescence. PLoS One. 2013; 8 (2): e49554. DOI: https://doi.org/10.1371/journal.pone.0049554

24. Казанский Д.Б., Петрищев В.Н., Штиль А.А., Чернышева А.Д., СерноваН.В., Абронина И.Ф., Побезинский Л.А., Агафонова Е.Л. Использованиетеплового шока антигенпрезентирующих клеток для функциональноготестирования аллоспецифических Т-клеток памяти. Биоорганическая химия. 1999; 25 (2): 117-28.

25. Казанский Д.Б., Чернышева А.Д., Сернова Н.В., Петрищев В.Н., Побезинский Л.А., Агафонова Е.Л. Природа эпитопов, распознаваемых Т-лимфоцитами в аллогенном иммунном ответе. Молекулярная биология. 1998; 32 (4): 692-702.

26. Гриненко Т.С., Побезинская Е.Л., Побезинский Л.А., Батурина И.А., Звездова Е.С., Казанский Д.Б. Подавление клетками памяти CD8+первичного аллогенного ответа. Бюллетень экспериментальной биологии и медицины. 2005; 140: 545-9.

27. Побезинская Е.Л., Побезинский Л.А., Силаева Ю.Ю., Анфалова Т.В., Хромых Л.М., Терещенко Т.С., Звездова Е.С., Казанский Д.Б. Кросс-реактивность Т-клеточного рецептора клона клеток памяти CD8+, полученного в ответе на иммунизацию клетками аллогенной опухоли. Бюллетень экспериментальной биологии и медицины. 2004; 137: 563-8.

28. Perkins D.L., Listman J.A., Wang Y., Ho S.S., Finn P.W., Rimm I.J. Differential expression of activation markers during tolerance induction by superantigens in T-cell receptor (beta-chain) transgenic mice. Cell. Immunol. 1994; 156 (2): 310-21. DOI: https://doi.org/10.1006/cimm.1994.1177

29. Fassò M., Anandasabapathy N., Crawford F., Kappler J., Fathman C.G., Ridgway W.M. T cell receptor (TCR)-mediated repertoire selection and loss of TCR vbeta diversity during the initiation of a CD4(+) T cell response in vivo. J. Exp. Med. 2000; 192 (12): 1719-30. DOI: https://doi.org/10.1084/jem.192.12.1719

30. Nakatsugawa M., Yamashita Y., Ochi T., Tanaka S., Chamoto K., Guo T., Butler M.O., Hirano N. Specific roles of each TCR hemichain in generating functional chain-centric TCR. J. Immunol. 2015; 194 (7): 3487-500. DOI: https://doi.org/10.4049/jimmunol.1401717

31. Ochi T., Nakatsugawa M., Chamoto K., Tanaka S., Yamashita Y., Guo T., Fujiwara H., Yasukawa M., Butler M.O., Hirano N. Optimization of T-cell reactivity by exploiting TCR chain centricity for the purpose of safe and effective antitumor TCR gene therapy. Cancer. Immunol. Res. 2015; 3 (9): 1070-81. DOI: https://doi.org/10.1158/2326-6066.CIR-14-0222

32. Nakatsugawa M., Rahman M.A., Yamashita Y., Ochi T., Wnuk P., Tanaka S., Chamoto K., Kagoya Y., Saso K., Guo T., Anczurowski M., Butler M.O, Hirano N. CD4(+) and CD8(+) TCRβ repertoires possess different potentials to generate extraordinarily high-avidity T cells. Sci. Rep. 2016; 6: 23821. DOI: https://doi.org/10.1038/srep23821

33. Guo T., Ochi T., Nakatsugawa M., Kagoya Y., Anczurowski M., Wang C.H., Rahman M.A., Saso K., Butler M.O., Hirano N. Generating de novo antigen-specific human T cell receptors by retroviral transduction of centric hemichain. J. Vis. Exp. 2016; 116: 54697. DOI: https://doi.org/10.3791/54697

34. Kazansky D.B. Intrathymic selection: new insight into tumor immunology. Adv. Exp. Med. Biol. 2007; 601: 133-44. doi: DOI: https://doi.org/10.1007/978-0-387-72005-0_14

35. Kazansky D.B. MHC restriction and allogeneic immune responses. J. Immunotoxicol. 2008; 5 (4): 369-84. DOI: https://doi.org/10.1080/15476910802476708

36. Egorov E.S., Merzlyak E.M., Shelenkov A.A., Britanova O.V., Sharonov G.V., Staroverov D.B., Bolotin D.A., Davydov A.N., Barsova E., Lebedev Y.B., Shugay M., Chudakov D.M. Quantitative profiling of immune repertoires for minor lymphocyte counts using unique molecular identifiers. J. Immunol. 2015; 194 (12): 6155-63.

37. Shugay M., Britanova O.V., Merzlyak E.M., Turchaninova M.A., Mamedov I.Z., Tuganbaev T.R., Bolotin D.A., Staroverov D.B., Putintseva E.V., Plevova K., Linnemann C., Shagin D., Pospisilova S., Lukyanov S., Schumacher T.N., Chudakov D.M. Towards error-free profiling of immune repertoires. Nat. Methods. 2014; 11 (6): 653-55.

38. Bolotin D.A., Poslavsky S., Mitrophanov I., Shugay M., Mamedov I.Z., Putintseva E.V., Chudakov D.M. MiXCR: software for comprehensive adaptive immunity profiling. Nat. Methods. 2015; 2 (5): 380-1.

39. Казанский Д.Б., Хромых Л.М., Калинина А.А., Силаева Ю.Ю., ЗамковаМ.А., Брутер А.В., Персиянцева Н.А., Чикилева И.О., Джолохава Л.Х., Нестеренко Л.Н., Собянин К.А., Княжанская Е.С. Способ созданияпротивоинфекционной иммунологической защиты к Salmonella typhimurium и Listeria monocytogenes с помощью трансгенеза Т-лимфоцитов. Патент на изобретение RU 2706554 13.12.2017. Россия, 2019.

40. Митин А.Н., Литвина М.М., Комогорова В.В., Шарова Н.И., Ярилин А.А. Вклад гомеостатической пролиферации и связанных с ней процессов в восстановление популяции периферических T-клеток в условиях лимфопении , индуцированной облучением. Иммунология. 2013; 34 (5): 242-7.

41. Митин А.Н., Литвина М.М., Комогорова В.В., Шевелев С.В., Шарова Н.И., Ярилин А.А. Конверсия фенотипа наивных Т-клеток в Т-клетки памяти при адоптивном переносе сублетально облученным мышам. Иммунология. 2014; 35 (4): 225-9.

42. Silaeva Y.Y., Grinenko T.S., Vagida M.S., Kalinina A.A., Khromykh L.M., Kazansky D.B. Immune selection of tumor cells in TCR β-chain transgenic mice. J. Immunotoxicol. 2014; 11 (4): 393-9. DOI: https://doi.org/10.3109/1547691X.2013.861548

43. Калинина А.А., Силаева Ю.Ю., Казанский Д.Б., Хромых Л.М. Роль рекомбинантного циклофилина А человека в развитии противоопухолевого иммунного ответа. Acta Naturae. 2019; 11 (2): 63-7.

44. Киселевский М.В., Чикилева И.О., Ситдикова С.М., Власенко Р.Я., Караулов А.В. Перспективы применения генетически модифицированных лимфоцитов с химерным Т-клеточным рецептором (CAR-T-клеток) для терапии солидных опухолей. Иммунология. 2019; 40 (4): 48-55.

45. Rosenberg S.A., Restifo N.P. Adoptive cell transfer as personalized immunotherapy for human cancer. Science. 2015; 348 (6230): 62-8. DOI: https://doi.org/10.1126/science.aaa4967

46. Yamamoto T.N., Kishton R.J., Restifo N.P. Developing neoantigen-targeted T cell-based treatments for solid tumors. Nat. Med. 2019; 25 (10): 1488-99. DOI: https://doi.org/10.1038/s41591-019-0596-y

47. Yang Y., Kohler M.E., Chien C.D., Sauter C.T., Jacoby E., Yan C., Hu Y., Wanhainen K., Qin H., Fry T.J. TCR engagement negatively affects CD8 but not CD4 CAR T cell expansion and leukemic clearance. Sci. Transl. Med. 2017; 9 (417): eaag1209. DOI: https://doi.org/10.1126/scitranslmed.aag1209

48. Blichfeldt E., Munthe L.A., Røtnes J.S., Bogen B. Dual T cell receptor T cells have a decreased sensitivity to physiological ligands due to reduced density of each T cell receptor. Eur. J. Immunol. 1996; 26 (12): 2876-84. DOI: https://doi.org/10.1002/eji.1830261211

Главный редактор
ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР
Хаитов Рахим Мусаевич
Академик РАН, доктор медицинских наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации, научный руководитель ФГБУ «ГНЦ Институт иммунологии» ФМБА России, главный аллерголог-иммунолог Минздрава России

Медицина сегодня
Московская урологическая школа.

Московская урологическая школа Урология - область медицинской науки, которая интенсивно развивается. Ежегодно появляются новые научные данные, обнародуются результаты исследований и разработок, меняются алгоритмы диагностики и лечения пациентов с теми или иными болезнями...

"120 лет кафедре оториноларингологии с клиникой ПСПбГМУ им. акад. И.П. Павлова".

24-25 ноября 2020 г. состоится Юбилейная научно-практическая конференция с международным участием "120 лет кафедре оториноларингологии с клиникой ПСПбГМУ им. акад. И.П. Павлова". Мероприятие, посвященное 120-летию со дня основания второй в России кафедры, пройдет в...

"Левитановские чтения" - 2020.

Всероссийская научно-практическая конференция "Левитановские чтения" - 2020 27-28 ноября 2020 г. состоится Всероссийская научно-практическая конференция "Левитановские чтения", посвященная различным аспектам организации медицинской помощи пациентам с язвенным колитом и...


Журналы «ГЭОТАР-Медиа»