Фенотипический и функциональный анализ линии моноцитов THP-1 как модели воспаления

Резюме

Введение. Клеточная линия THP-1 - одна из общепринятых моделей для изучения иммунного ответа моноцитов и макрофагов. Однако основные характеристики моноцитов THP-1 в ответ на провоспалительные стимулы остаются малоизученными.

Цель исследования - сравнить активность клеток THP-1 после воздействия бактериального липополисахарида (ЛПС), вируса гриппа A/Puerto Rico/8/34 (H1N1) и рентгеновского облучения.

Материал и методы. Фенотипические и функциональные параметры клеток линии THP-1 были исследованы методами полимеразной цепной реакции с обратной транскрипцией в реальном времени, световой микроскопии, проточной цитофлуориметрии.

Результаты. Мы выяснили, что HSP90, HPRT или GAPDH являются стабильными генами домашнего хозяйства в случае воздействия на клетки ЛПС, вируса или облучения соответственно. Были выявлены гены-маркеры метаболических изменений на уровне транскрипции в ответ на ЛПС (GAPDH), вирус (HSP90, GAPDH) и облучение (B2M), которые могут служить новыми мишенями для профилирования моноцитов при патологическом воспалении. Наконец, воздействие различными стимулами селективно влияет на цитокиновый профиль и антиген-презентирующую активность моноцитов THP-1.

Заключение. Данное исследование описывает новые особенности поведения модели моноцитов при сравнительном анализе воспалительных стимулов и предлагает новые потенциальные маркеры для регуляции иммунного ответа при вирусной или бактериальной инфекции, а также при облучении (радиотерапии).

Ключевые слова:THP-1; моноциты; воспаление; вирус; радиотерапия; инфекция; гены домашнего хозяйства

Для цитирования: Кокинос Е.К., Кузьмина Д.О., Кучур О.А., Цымбал С.А., Василичин В.А., Галочкина А.В., Завирский А.В., Башарин В.А., Штро А.А., Штиль А.А., Духинова М.С. Фенотипический и функциональный анализ линии моноцитов THP-1 как модели воспаления. Иммунология. 2022; 43 (3): 277-287. DOI: https://doi.org/10.33029/0206-4952-2022-43-3-277-287

Финансирование. Данное исследование поддержано грантом РНФ № 20-75-10112.

Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Вклад авторов. Концепция и дизайн исследования - Духинова М.С.; сбор и обработка материала - Кокинос Е.К., Кузьмина Д.О., Кучур О.А., Цымбал С.А., Василичин В.А., Галочкина А.В., Завирский А.В.; статистическая обработка - Кокинос Е.К., Кузьмина Д.О., Кучур О.А., Василичин В.А., Цымбал С.А.; написание текста - Кокинос Е.К., Цымбал С.А., Кучур О.А.; редактирование - Башарин В.А., Штро А.А., Штиль А.А., Духинова М.С.

Введение

Моноциты и макрофаги являются ключевыми компонентами иммунной системы. Использование первичных клеточных культур для исследования этих клеток или при лекарственном скрининге встречается со значительными ограничениями из-за фенотипической и функциональной вариабельности клеток, их низкой жизнеспособности в специфических условиях, таких как облучение или добавление препарата, а также из-за относительно ограниченной доступности и сложности получения [1]. Культура клеток острого миелоидного лейкоза человека THP-1 используется как модельная моноцитарно-макрофагальная система при вирусных или бактериальных инфекциях, хроническом воспалении, противоопухолевом иммунном ответе и в других патологических и физиологических условиях [2-5].

Клетки THP-1 экспрессируют на поверхности клетки специфические маркеры CD11b, CD36b, CD45 и другие, характерные для миелоидных клеток и моноцитов. Моноциты THP-1 проявляют способность к фагоцитозу, презентации антигена, про- или противовоспалительному ответу в зависимости от экспериментальных условий. В неактивированном состоянии THP-1 - это округлые суспензионные клетки, которые могут приобретать макрофагоподобный адгезионный фенотип, например после воздействия 12-О-тетрадеканоилфорболом-13-ацетатом (ТФА). Провоспалительная (М1) активация моноцитов и моноцитоподобных клеток может быть осуществлена при добавлении бактериального липополисахарида (ЛПС), вирусных или химических агентов. Воспалительный ответ запускает работу преобразователя сигнала и активатора транскрипции STAT1, STAT3, транскрипционного фактора NF-κB и других факторов, а также продукцию провоспалительных цитокинов - интерлейкина(ИЛ)-6, ИЛ-1β, ИЛ-17, фактора некроза опухоли α (ФНОα) [6], а также экспрессию некоторых поверхностных маркеров, таких как HLA-DR, CD45 и CD86 [7]. Стимуляция клеток при помощи ИЛ-4, ИЛ-10, ИЛ-13 или неорганическими молекулами, например магнием, запускает противовоспалительную (М2) поляризацию моноцитов и макрофагов и широко используется для моделирования опухолевого микроокружения [8, 9]. Поскольку клетки линии THP-1 более устойчивы к лучевой или химиотерапии по сравнению с первичными моноцитами и макрофагами, эта клеточная линия привлекает особое внимание для изучения поведения иммунных клеток во время противоопухолевого лечения.

Несмотря на то, что клеточная линия THP-1 активно используется для изучения поведения моноцитов и макрофагов в широком спектре физиологических и патологических условий, данная экспериментальная система до сих пор недостаточно охарактеризована как фенотипически, так и функционально. В связи с этим целью данного исследования стало изучение и сравнение основных особенностей профиля транскрипции метаболических и цитокиновых генов моноцитов THP-1 после воздействия ЛПС, вируса или рентгеновского облучения.

Материал и методы

Клеточная культура

Клеточная культура THP-1 была получена из Американской коллекции типовых культур (ATCC). Клетки культивировали в среде RPMI-1640 (Biolot, Россия) с 10 % эмбриональной телячьей сывороткой (GE Healthcare Life Sciences, США) и добавлением антибиотиков пенициллина/стрептомицина 100 мкг/мл (Biolot, Россия), при 37  °C и 5 % CO2 (CO2-инкубатор Sanyo МСО-18АС, Panasonic, Япония).

Воздействие вирусных частиц и бактериального липополисахарида

Штамм вируса гриппа A/Puerto Rico/8/34 (H1N1) был получен из коллекции вирусов гриппа и атипичных пневмоний ФГБУ "НИИ гриппа им. А.А. Смородинцева" Минздрава России (Санкт-Петербург, Россия). Эксперименты с использованием вируса проводили в лаборатории химиотерапии вирусных инфекций Института гриппа. Общая множественность инфекции для образца (MOI) составляла 0,1. Клетки в количестве 5 - 105 высевали на 6-луночные планшеты и давали им восстановиться в течение 24 ч. Затем в культуральную среду добавляли вирусные частицы или бактериальный ЛПС Escherichia coli (Sigma, США) в концентрации 1 мкг/мл. После 24 ч инкубации образцы собирали для дальнейшего анализа.

Воздействие на клетки рентгеновским излучением

Клетки THP-1 высевали в матрасы, культивировали в течение 3 дней и затем облучали. Облучение проводилось в Военно-медицинской академии имени С.М. Кирова. Облучение в дозе 4 Гр проводили на рентгенотерапевтической установке РУТ-250-15-2 (РУМ-17) ("Мосрентген", Москва, Россия) при следующих параметрах: сила тока - 10 мА, напряжение трубки - 180 кВ, фокусное расстояние - 50 см, фильтр - 1 мм Al; 0,5 мм Cu, мощность дозы - 0,32 Гр/мин. Дозиметрический контроль осуществляли при помощи дозиметра ИД-11 с оценкой показателей на установке ГО-32. После облучения клеткам давали восстановиться в течение 24 ч, после чего образцы собирали для анализа. Выбранные условия облучения соответствуют применяемому в клинической онкологии курсу радиотерапии [10, 11].

Анализ экспрессии генов с помощью количественной полимеразной цепной реакции с обратной транскрипцией в реальном времени

Тотальную РНК выделяли из образцов с помощью набора ExtractRNA (Evrogen, Россия) в соответствии с протоколом производителя. Количественный и качественный анализ общей РНК, полученной после экстракции, проводили с помощью спектрофотометра NanoDrop (Thermo Fisher Scientific, США). Для обратной транскрипции брали тотальную РНК в количестве 2 мкг на пробу, количество РНК было одинаковым для всех образцов и экспериментов. Набор MMLV-RT (Evrogen, Россия) использовали для реакции обратной транскрипции в соответствии с протоколом производителя.

Полимеразную цепную реакцию с обратной транскрипцией (ОТ-ПЦР) в реальном времени использовали для анализа экспрессии целевых и референсных генов и выполняли с помощью системы CFX Connect™ Real-Time PCR Detection System (BioRad Laboratories, США) с использованием смеси реагентов qPCRmix-HS SYBR (Evrogen, Россия). Последовательности праймеров к интересующим генам были подобраны с помощью платформы NCBI Primer-BLAST (NCBI, США) (табл. 1). Относительную экспрессию мРНК рассчитывали по формуле 2-ΔΔCq на основании нормирования пороговых циклов к выбранному референсному гену. Относительный уровень экспрессии контрольного образца был принят за 1.

Таблица 1. Последовательности праймеров для анализа экспрессии генов

Микроскопия

Наблюдение клеток THP-1 проводили с помощью оптического микроскопа БЛМ М-1 (ЛОМО, Россия). Количественный и визуальный анализ клеточных агрегатов, характерных для противовирусного ответа, проводили для контрольных образцов и образцов с вирусными частицами.

Проточно-цитометрический анализ

Для анализа экспрессии поверхностных рецепторов необлученные (контрольные) и облученные при 4 Гр клетки THP-1 промывали PBS 1 раз. Окрашивание антителами HLA-DR-APC (BioLegend, США) проводили в темноте при 4 °C в течение 20 мин. После дополнительных стадий промывки клетки THP-1 анализировали на проточном цитометре CytoFLEX B2-R2-V0 (Beckman Coulter, США) с использованием программного обеспечения CytExpert (Beckman Coulter, США). Среднюю интенсивность флуоресценции APC рассчитывали по результатам трех независимых экспериментов.

Статистический анализ данных проводили с помощью программы GraphPad, версия 8.0.1 (GraphPad Software, США). Для каждого исследования было проведено не менее 3 независимых биологических экспериментов, включающих по 3 технических повторности на группу. Данные анализировали с помощью непарного двухвыборочного t-теста или одностороннего ANOVA. Статистически значимыми считали различия между группами при р < 0,05 (*p < 0,05, **p < 0,01, ***p < 0,001, ****p < 0,0001).

Результаты

Морфологические изменения в клетках THP-1 при активации

Морфология миелоидных клеток связана преимущественно с моноцитарным/суспензионным или макрофагоподобным/адгезионным фенотипом. В соответствии с ранее опубликованными исследованиями мы наблюдали присутствие отдельных макрофагоподобных клеток (обведены кружком) при стимуляции ЛПС [12] (рис. 1Б). В контрольных образцах подобные клетки отсутствовали (рис. 1А). Инкубация с частицами вируса гриппа или облучение не приводила к развитию адгезионного фенотипа; морфология клеток была схожа с таковой в контрольных образцах (рис. 1В, Г). При этом клетки THP-1 образовывали скопления, или кластеры, в присутствии вирусного агента (рис. 1В). Отдельные малочисленные клеточные кластеры присутствовали и в контрольных образцах, но полностью исчезали в культурах, активированных ЛПС или облученных, что предполагает изменение характера межклеточных взаимодействий в зависимости от условий. Следует особо отметить, что облучение также привело к снижению жизнеспособности клеток THP-1 (данные не показаны).

Рис. 1. Характеристика клеток THP-1 в контроле и после воздействия липополисахарида (ЛПС), вируса гриппа и облучения (в течение 24 ч)

Репрезентативные микроскопические изображения клеток THP-1: A - в контрольных условиях; Б - при воздействии бактериального ЛПС; В - при воздействии вируса гриппа (штамм A/Puerto Rico/8/34, H1N1); Г - после облучения. Макрофагоподобные клетки выделены кружками. Стрелками указаны кластеры (агрегаты клеток). Д - относительное увеличение числа кластеров клеток THP-1, активированных вирусом. Число агрегатов клеток в контроле принято за 1.

Здесь и на остальных рисунках: данные представлены в виде среднего из 3 независимых биологических экспериментов, включающих по 3 технических повторности в группе; планки погрешностей показывают стандартное отклонение.

Изучение стабильности экспрессии генов домашнего хозяйства в клетках THP-1 при вирусном, бактериальном и радиационном воздействии

Для дальнейшей оценки влияния внешних стимулов мы исследовали транскрипционные профили моноцитов THP-1 в контрольных условиях и при воздействии ЛПС, вируса гриппа или облучения. Для этого были измерены уровни экспрессии 6 широко используемых генов домашнего хозяйства (референсных): GAPDH (глицеральдегид-3-фосфатдегидрогеназа), HSP90 (белок теплового шока 90), PPIA (пептидилпролилизомераза A), RPS18 (рибосомальный белок 18S), HPRT (гипоксантин-гуанинфосфорибозилтрансфераза) и B2M2-микроглобулин). Пороговые циклы (Cq) генов-кандидатов в гены домашнего хозяйства сравнивали в контрольных и экспериментальных условиях. Следует отметить, что вариации экспрессии генов не обнаружены в пределах биологических реплик из независимых экспериментов, однако присутствие активирующих стимулов приводило к нестабильности генов, вовлеченных в жизненно важные процессы метаболизма. Мы определили, что в зависимости от экспериментальных условий вариабельность Cq генов специфически и селективно менялась (рис. 2). На основании полученных данных были выявлены гены с наиболее стабильным Cq для каждой модельной системы: HSP90 для ЛПС-опосредованной активации, HPRT при вирусном воздействии и GAPDH для рентгеновского облучения. Эти гены были выбраны в качестве референсных для дальнейшего анализа.

Рис. 2. Пороговые циклы для часто используемых генов домашнего хозяйства в покоящихся и активированных клетках THP-1

Стабильность пороговых значений сравнивали между клетками в контроле и при воздействии липополисахарида (ЛПС), вируса или облучения в течение 24 ч.

Далее была исследована экспрессия генов, обычно используемых для нормализации данных ПЦР, но не показавших ожидаемой стабильности в исследуемых условиях. Cq и уровни экспрессии некоторых генов не менялись достоверно, что позволяет предположить, что они все еще могут служить в качестве подходящих референсных генов. Такими эталонными генами были HPRT и RPS18 при ЛПС-опосредованной активации, PPIA и RPS18 при вирусном воздействии, PPIA и RPS18 в облученных клетках (рис. 2). В то же время были обнаружены изменения в экспрессии отдельных генов домашнего хозяйства. Предположительно, белки, кодируемые этими генами, могут играть важную роль в ответе моноцитов в исследуемых условиях. Так, воздействие ЛПС привело к повышению экспрессии гена GAPDH в моноцитах THP-1 в 3,5 раза (рис. 3A). В присутствии частиц вируса гриппа наблюдали увеличение уровня мРНК HSP90 (в 2,5 раза) и снижение уровней мРНК GAPDH и PPIA (рис. 3Б). Во всех исследованных условиях отмечалась тенденция к повышению экспрессии B2M, однако только после облучения эти изменения были статистически значимы: уровень мРНК B2M был повышен в 3,5 раза (рис. 3В). Анализ взаимодействия транскрипционных факторов и генов-мишеней показал, что ген HSP90, уровень мРНК которого был повышен в модели вирусного воспаления, содержит сайты связывания с провоспалительными транскрипционными факторами, включая NF-κB, регуляторный фактор интерферона (IRF) 1-3 и STAT4 [13]. На данный момент считается, что экспрессия HPRT не связана с основными факторами транскрипции NF-κB, IRFs или STATs, вовлеченными в воспалительный ответ [13]. Этот факт частично может объяснить стабильность HPRT в исследованных условиях и делает HPRT одним из наиболее подходящих внутренних контролей для анализа экспрессии генов в моделях воспаления моноцитов/ макрофагов.

Рис. 3. Относительные уровни экспрессии генов домашнего хозяйства в клетках THP-1 после воздействия липополисахарида (ЛПС) (A), вируса гриппа (Б) или облучения (В)

HSP90, HPRT или GAPDH были использованы в качестве референсного гена для анализа уровней мРНК клеток THP-1 под действием ЛПС (A), вируса гриппа (Б) или облучения (В) соответственно.

Влияние внешних стимулов на экспрессию генов цитокиновой сети

Продукция цитокинов является функциональным признаком активации моноцитов/макрофагов и используется для оценки активности клеток THP-1. В данном исследовании уровни мРНК цитокинов были измерены в клетках THP-1 в контрольных условиях или после инкубации с ЛПС, вирусом гриппа и облучения (рис. 4).

Цитокины ИЛ-6, ИЛ-1β, MCP-1 (CCL2) и CXCL10 были выбраны в качестве функциональных маркеров воспалительной активации. ЛПС индуцировал гиперэкспрессию всех исследованных генов цитокиновой сети (рис. 4А). При воздействии вируса и радиации количество мРНК CCL2 и CXCL10 также возрастало (рис. 4).

Рис. 4. Относительные уровни экспрессии генов цитокинов в клетках THP-1 после воздействия липополисахарида (ЛПС) (A), вируса гриппа (Б) или облучения (В)

HSP90, HPRT или GAPDH были использованы в качестве референсных генов для анализа уровней мРНК клеток THP-1, обработанных ЛПС (A), вирусом гриппа (Б) или облучением (В) соответственно.

Презентация антигена при активации моноцитов THP-1

Наконец, мы рассмотрели антиген-презентирующую активность клеток THP-1. Обнаружено, что поверхностная экспрессия HLA-DR была увеличена в клетках, обработанных ЛПС или рентгеновским облучением (рис. 5Б). Экспрессия мРНК корецептора CD80, необходимого для презентации антигена, также была повышена во всех исследуемых условиях (рис. 5А).

Рис. 5. Антиген-презентирующая активность клеток THP-1

A - уровни мРНК CD80 в клетках THP-1 после воздействия липополисахарида (ЛПС), вируса гриппа или облучения; Б - уровень поверхностной экспрессии HLA-DR на клетках THP-1 после воздействия ЛПС или облучения.

Обсуждение

Клеточная линия THP-1 широко используется для изучения физиологических или патологических параметров моноцитов и макрофагов человека [4]. В данном исследовании мы сравнивали фенотип и функциональную активность клеток THP-1 при воздействии бактериальным ЛПС, вирусом гриппа типа A/Puerto Rico/8/34 (H1N1) и клинической дозой рентгеновского облучения, а также влияние указанных воздействий на процессы метаболизма, продукции цитокинов и презентацию антигена.

Бактериальная и вирусная инфекции, а также облучение, которое зачастую используется в противоопухолевой терапии, - известные провоспалительные стимулы, которые приводят к М1-поляризации как моноцитов, так и макрофагов вместе со сдвигом в их метаболической активности. Последнее приводит к нестабильности референсного гена в изучаемых условиях и, как следствие, к необходимости поиска надежных маркеров. Мы определили наиболее стабильные гены домашнего хозяйства для моноцитов THP-1 под действием ЛПС (HSP90, HPRT), вируса гриппа H1N1 (HPRT) и рентгеновского облучения (GAPDH), а также обнаружили метаболические маркеры, которые могут быть потенциально вовлечены в клеточный воспалительный ответ.

В соответствии с этим ключевые молекулярные факторы, которые необходимы для клеточного метаболизма и классически используются для нормализации экспрессии генов, также могут принимать активное участие в воспалительном ответе моноцитов и макрофагов. Полученные нами данные дополняют результаты ранее опубликованных исследований вклада соответствующих факторов в развитие воспаления и иммунного ответа.

Так, HSP90 вносит основной вклад в защиту организма от стресса и может накапливаться в тканях при тепловом или окислительном стрессе [14, 15]. HSP90 также вовлечен в ответ на респираторные вирусные инфекции, поскольку перемещается в ядро клетки и выполняет функцию транскрипционного фактора, активируя синтез мРНК индуцибильной синтазы оксида азота (iNOS) и, как следствие, повышая уровень активных форм кислорода in vivo или в клеточных культурах макрофагов [16]. Более того, находясь в ядре, HSP90 взаимодействует с белками вируса гриппа (H1N1) NS1, PB1 и PB2, способствуя вирусной репликации в различных типах клеток, включая моноциты/макрофаги [17, 18]. Наши данные впервые демонстрируют, что транскрипция HSP90 стимулируется в H1N1-инфицированных клетках THP-1, моделируя патологию, связанную с репликацией вируса, и прогрессирование заболевания.

Экспрессия B2M находится под контролем NF-κB и других провоспалительных транскрипционных факторов. β-цепь MHC класса I, кодируемая геном B2M, вовлечена в широкий спектр воспалительных реакций моноцитов [19, 20]. Особый интерес представляет тот факт, что стимуляция ЛПС и инфицирование вирусом гриппа типа А (H1N1) приводит к повышению уровня экспрессии B2M в макрофагах, однако, согласно нашим данным, этого не происходит в клетках THP-1 (рис. 2) [21, 22]. B2M также связан с радио- и иммунорезистентностью в опухоль-ассоциированных клетках, эпителиально-мезенхимальным переходом и канцерогенезом. Нами обнаружено, что экспрессия этого гена также повышена после облучения, но не других воздействий [23, 24]. Мы также выяснили, что уровни мРНК B2M и CD80, а также поверхностная экспрессия HLA-DR были повышены после облучения, что предполагает активацию антиген-презентирующей способности и MHC класса I, и MHC класса II в облученных клетках (рис. 2, 5) [25]. В то же время повышение экспрессии B2M и MHC класса I в раковых клетках способствует уходу опухоли от иммунной системы. Таким образом, B2M может рассматриваться как диагностический маркер для оценки ответа на радиотерапию у больных раком. Учитывая эти данные, необходимы новые исследования HSP90 и B2M как метаболических маркеров моноцитоподобных клеток.

Уровни мРНК воспалительных цитокинов повышены в активированных клетках THP-1. Наши данные свидетельствуют о том, что профили цитокинов варьируют в зависимости от исследуемых условий. Как и ожидалось, ЛПС индуцировал наиболее сильное увеличение транскрипции всех исследованных генов цитокинов (IL6, IL1B, CCL2 и CXCL10) и стимулировал антиген-презентирующую активность моноцитов ТНР-1 (рис. 4, 5). Вирусная нагрузка повышала уровни мРНК IL6, CCL2 и CXCL10, но не IL1b, в то время как экспрессия IL6 не менялась в клетках THP-1 при облучении. Экспрессия мРНК CD80, гена, кодирующего костимулирующий гликопротеин, необходимый для образования иммунных синапсов и активации Т-клеток, была сопоставима в клетках после действия вируса и облучения (рис. 5).

Изученные модели активации THP-1 выявили определенное сходство с поведением моноцитов периферической крови (МНПК) в тех же условиях. Например, МНПК демонстрируют более значительное повышение уровня мРНК IL6 по сравнению с IL1B через 24 ч после стимуляции ЛПС [26]. Транскрипционный профиль облученных клеток THP-1 также был аналогичен описанному в моделях рентгеновского облучения in vitro и in vivo [27]. Важно отметить, что данные наших исследований предполагают участие B2M, CXCL10 и CCL2 в ответе на облучение моноцитов; при лучевой терапии эти секретируемые факторы могут способствовать миграции опухолевых клеток и метастазированию [28].

Подобные эффекты описаны в облученных первичных миелоидных субпопуляциях, включая МНПК и микроглию, и отражают негативное влияние радиотерапии на иммунную систему [29, 30].

Заключение

Полученные данные позволяют предполагать, что клетки THP-1 воспроизводят ключевые особенности первичных моноцитов/макрофагов при воздействии воспалительных стимулов, что позволяет выявлять новые функциональные и метаболические механизмы, участвующие в бактериальном, вирусном или опосредованном облучением воспалении.

Литература

1. Будихина А.С., Муругина Н.Е., Максимчик П.В., Дагиль Ю.А., Николаева А.М., Балясова Л.С., Муругин В.В., Чкадуа Г.З., Пинегин Б.В., Пащенков М.В. О роли гликолиза в продукции провоспалительных цитокинов макрофагами. Иммунология. 2019; 40 (5): 11-22. DOI: https://doi.org/10.24411/0206-4952-2019-15002

2. Gan X., Wang H., Yu Y., Yi W., Zhu S., Li E. et al. Epigenetically repressing human cytomegalovirus lytic infection and reactivation from latency in THP-1 model by targeting H3K9 and H3K27 histone demethylases. PLoS One. 2017; 12 (4): e0175390. DOI: https://doi.org/10.1371/journal.pone.0175390

3. Barcia-Macay M., Seral C., Mingeot-Leclercq M.P., Tulkens P.M., Van Bambeke F. Pharmacodynamic evaluation of the intracellular activities of antibiotics against Staphylococcus aureus in a model of THP-1 macrophages. Antimicrob. Agents Chemother. 2006; 50 (3): 841-51. DOI: https://doi.org/10.1128/AAC.50.3.841-851.2006

4. Chanput W., Mes J.J., Wichers H.J. THP-1 cell line: an in vitro cell model for immune modulation approach. Int. Immunopharmacol. 2014; 23 (1): 37-45. DOI: https://doi.org/10.1016/j.intimp.2014.08.002

5. Caras I., Tucureanu C., Lerescu L., Pitica R., Melinceanu L., Neagu S. et al. Influence of tumor cell culture supernatants on macrophage functional polarization: In vitro models of macrophage-tumor environment interaction. Tumori. 2011; 97 (5): 647-54. DOI: https://doi.org/10.1177/030089161109700518

6. Гудима Г.О., Хаитов Р.М., Кудлай Д.А., Хаитов М.Р. Молекулярно-иммунологические аспекты диагностики, профилактики и лечения коронавирусной инфекции. Иммунология. 2021; 42 (3): 198-210. DOI: https://doi.org/10.33029/0206-4952-2021-42-3-198-210

7. Dukhinova M., Kokinos E., Kuchur P., Komissarov A., Shtro A. Macrophage-derived cytokines in pneumonia: linking cellular immunology and genetics. Cytokine Growth Factor Rev. 2021; 59: 46-61. DOI: https://doi.org/10.1016/j.cytogfr.2020.11.003

8. Sun L., Li X., Xu M., Yang F., Wang W., Niu X. In vitro immunomodulation of magnesium on monocytic cell toward anti-inflammatory macrophages. Regen. Biomater. 2020; 7 (4): 391-401. DOI: https://doi.org/10.1093/rb/rbaa010

9. Medvedeva G.F., Kuzmina D.O., Nuzhina J., Shtil A.A., Dukhinova M.S. How macrophages become transcriptionally dysregulated: a hidden impact of antitumor therapy. Int. J. Mol. Sci. 2021; 22 (5): 2662. DOI: https://doi.org/10.3390/ijms22052662

10. Frey B., Hehlgans S., Rödel F., Gaipl U.S. Modulation of inflammation by low and high doses of ionizing radiation: implications for benign and malign diseases. Cancer Lett. 2015; 368 (2): 230-7. DOI: https://doi.org/10.1016/j.canlet.2015.04.010

11. Di Maggio F.M., Minafra L., Forte G.I., Cammarata F.P., Lio D., Messa C. et al. Portrait of inflammatory response to ionizing radiation treatment. J. Inflamm. (United Kingdom). 2015; 12 (1): 1-11. DOI: https://doi.org/10.1186/s12950-015-0058-3

12. Wan J., Shan Y., Fan Y., Fan C., Chen S., Sun J. et al. NFB inhibition attenuates LPS-induced TLR4 activation in monocyte cells. Mol. Med. Rep. 2016; 14 (5): 4505-10. DOI: https://doi.org/10.3892/mmr. 2016.5825

13. TFBS - Home. URL: http://tfbsdb.systemsbiology.net/ (date of access May 21, 2021)

14. Moniruzzaman M., Ghosal I., Das D., Chakraborty S.B. Melatonin ameliorates H2O2-induced oxidative stress through modulation of Erk/Akt/NFkB pathway. Biol. Res. 2018; 51 (1): 17. DOI: https://doi.org/10.1186/s40659-018-0168-5

15. Prodromou C. Regulatory mechanisms of Hsp90. Biochem. Mol. Biol. J. 2017; 3 (1): 2. DOI: https://doi.org/10.21767/2471-8084.100030

16. Yan M., Hou M., Liu J., Zhang S., Liu B., Wu X. et al. Regulation of iNOS-derived ROS generation by HSP90 and Cav-1 in porcine reproductive and respiratory syndrome virus-infected swine lung injury. Inflammation. 2017; 40 (4): 1236-44. DOI: https://doi.org/10.1007/s10753-017-0566-9

17. Zhang C., Yang Y., Zhou X., Yang Z., Liu X., Cao Z. et al. The NS1 protein of influenza a virus interacts with heat shock protein Hsp90 in human alveolar basal epithelial cells: Implication for virus-induced apoptosis. Virol. J. 2011; 8 (1): 1-9. DOI: https://doi.org/10.1186/1743-422X-8-181

18. Cline T.D., Beck D., Bianchini E. Influenza virus replication in macrophages: Balancing protection and pathogenesis. J. Gen. Virol. 2017; 98 (10): 2401-12. DOI: https://doi.org/10.1099/jgv.0.000922

19. Holm C.K., Rahbek S.H., Gad H.H., Bak R.O., Jakobsen M.R., Jiang Z. et al. Influenza A virus targets a cGAS-independent STING pathway that controls enveloped RNA viruses. Nat. Commun. 2016; 7 (1): 1-9. DOI: https://doi.org/10.1038/ncomms10680

20. Menachery V.D., Schäfer A., Burnum-Johnson K.E., Mitchell H.D., Eisfeld A.J., Walters K.B. et al. MERS-CoV and H5N1 influenza virus antagonize antigen presentation by altering the epigenetic landscape. Proc. Natl Acad. Sci. USA. 2018; 115 (5): E1012-21. DOI: https://doi.org/10.1073/pnas.1706928115

21. Tanaka A., To J., O’Brien B., Donnelly S., Lund M. Selection of reliable reference genes for the normalisation of gene expression levels following time course LPS stimulation of murine bone marrow derived macrophages. BMC Immunol. 2017; 18 (1): 43. DOI: https://doi.org/10.1186/s12865-017-0223-y

22. Liu L., Zhou J., Wang Y., Mason R.J., Funk C.J., Du Y. Proteome alterations in primary human alveolar macrophages in response to influenza A virus infection. J. Proteome Res. 2012; 11 (8): 4091-101. DOI: https://doi.org/10.1021/pr3001332

23. Qin Y., Yu M., Zhou L., Jiang L., Huang M. Durable response to combination radiotherapy and immunotherapy in EP-resistant lung large-cell neuroendocrine carcinoma with B2M and STK11 mutations: a case report. Immunotherapy. 2020; 12 (4): 223-7. DOI: https://doi.org/10.2217/imt-2019-0166

24. Nomura T., Huang W.C., Zhau H., Josson S., Mimata H., Chung L. B2-microglobulin-mediated signaling as a target for cancer therapy. Anticancer Agents Med. Chem. 2014; 14 (3): 343-52. DOI: https://doi.org/10.2174/18715206113139990092

25. Reits E.A., Hodge J.W., Herberts C.A., Groothuis T.A., Chakraborty M., Wansley E.K. et al. Radiation modulates the peptide repertoire, enhances MHC class I expression, and induces successful antitumor immunotherapy. J. Exp. Med. 2006; 203 (5): 1259-71. DOI: https://doi.org/10.1084/jem.20052494

26. Biondillo D.E., Konicek S.A., Iwamoto G.K. Interferon-γ regulation of interleukin 6 in monocytic cells. Am. J. Physiol. Lung Cell. Mol. Physiol. 1994; 267 (5): 564-8. DOI: https://doi.org/10.1152/ajplung.1994.267.5.l564

27. Groves A.M., Johnston C.J., Williams J.P., Finkelstein J.N. Role of infiltrating monocytes in the development of radiation-induced pulmonary fibrosis. Radiat. Res. 2018; 189 (3): 300. DOI: https://doi.org/10.1667/RR14874.1

28. Tu M.M., Abdel-Hafiz H.A., Jones R.T., Jean A., Hoff K.J., Duex J.E. et al. Inhibition of the CCL2 receptor, CCR2, enhances tumor response to immune checkpoint therapy. Commun. Biol. 2020; 3 (1): 1-12. DOI: https://doi.org/10.1038/s42003-020-01441-y

29. Mikhalkevich N., O’Carroll I.P., Tkavc R., Lund K., Sukumar G., Dalgard C.L. et al. Response of human macrophages to gamma radiation is mediated via expression of endogenous retroviruses. PLoS Pathogens. 2021; 17 (2): e1009305. DOI: https://doi.org/10.1371/JOURNAL.PPAT.1009305

30. Osman A.M., Sun Y., Burns T.C., He L., Kee N., Oliva-Vilarnau N. et al. Radiation triggers a dynamic sequence of transient microglial alterations in juvenile brain. Cell Rep. 2020; 31 (9): 107699. DOI: https://doi.org/10.1016/j.celrep.2020.107699

Главный редактор
ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР
Хаитов Муса Рахимович

Член-корреспондент РАН, доктор медицинских наук, профессор, директор ФГБУ «ГНЦ Институт иммунологии» ФМБА России

Редакционная коллегия журнала «Иммунология» и ФГБУ «ГНЦ Институт иммунологии» ФМБА России с прискорбием сообщают, что 11.03.2022 г. скончался Президент журнала «Иммунология», научный руководитель Института академик РАН Хаитов Рахим Мусаевич
Медицина сегодня
II Всероссийская конференция с международным участием "Воспаление глаза" 12 ноября 2022 года, Москва

II Всероссийская конференция с международным участием "Воспаление глаза" 12 ноября 2022 года, Москва Воспалительные заболевания глаза - широко распространенная и многогранная проблема, с которой может столкнуться в своей практике любой специалист. Найти оптимальные алгоритмы...

"Интегративная дерматовенерология и косметология. Новые стандарты взаимодействия"

Масштабное событие в области дерматовенерологии и косметологии - II конференция InteDeCo 2022 "Интегративная дерматовенерология и косметология. Новые стандарты взаимодействия" - состоится 16-17 декабря 2022 года. Программа мероприятия пройдет на современной...

VIII Московский Городской Съезд педиатров с межрегиональным и международным участием "Трудный диагноз в педиатрии"

VIII Московский Городской Съезд педиатров с межрегиональным и международным участием "Трудный диагноз в педиатрии" Приглашаем педиатров, детских эндокринологов, реаниматологов, гинекологов, неонатологов, кардиологов, хирургов, урологов, психологов, специалистов по лучевой...


Журналы «ГЭОТАР-Медиа»