Динамика и функциональная характеристика антител и В-клеток памяти к SARS-CoV-2 в периферической крови у перенесших COVID-19 пациентов за период до 16 месяцев

Резюме

Введение. Эффективность гуморального иммунного ответа имеет решающее значение для элиминации патогена при респираторных вирусных инфекциях. Гуморальный иммунный ответ на инфицирование организма SARS-CoV-2 обеспечивается вовлечением в иммунный процесс В-клеток, что приводит к выработке специфических антител. Однако к настоящему времени все еще недостаточно данных о напряженности гуморального иммунного ответа к вирусу SARS-CoV-2 спустя год и более после перенесенной инфекции.

Цель - изучить динамику лабораторных показателей постинфекционного гуморального иммунитета к SARS-CoV-2 в течение 16 мес от момента появления симптомов.

Материал и методы. В исследование было включено 15 здоровых добровольцев и 87 пациентов, перенесших COVID-19. Переболевшие участники были разделены на 3 обследуемые группы в зависимости от времени, прошедшего с момента появления первых симптомов до момента взятия образцов крови для исследования (от 14 до 500 сут). Для всех образцов было выполнено определение уровня специфических антител к S1-, S2-, RBD-, N-белкам SARS-CoV-2, вирус-нейтрализующей активности и авидности антител, индекса антитело-зависимого клеточного фагоцитоза, а также доли S- и RBD-специфических В-клеток памяти.

Результаты. Показано, что уровень антител к S1-белку и RBD-фрагменту незначительно снижается в течение первого года после инфекции, а затем выходит на плато. Уровень антител к N-белку снижается после полугода от проявления симптомов. Показатели авидности антител и антитело-зависимого клеточного фагоцитоза постепенно повышаются в течение всего наблюдаемого периода, в то время как нейтрализующая активность изучаемых сывороток снижается. Также было обнаружено снижение нейтрализующей активности антител для Дельта-варианта SARS-CoV-2 в сравнении с диким типом. Доля В-клеток памяти в периферической крови постепенно нарастает с первых дней инфекции, достигает пика примерно к 200 сут для S-специфических и к 300 сут для RBD-специфических клеток, а затем постепенно снижается.

Заключение. Уровень антител в периферической циркуляции и их функциональность являются маркерами эффективности гуморального иммунного ответа на инфекцию SARS-CoV-2. Мы показали, что даже через 500 сут от появления симптомов у более чем 2/3 переболевших уровень нейтрализующих антител к S1-белку остается выше протективного порога для варианта Ухань SARS-CoV-2. Однако появление вирусных вариантов со сниженной чувствительностью к нейтрализации заставляет осторожно подходить к оценке протективной способности антител.

Ключевые слова:COVID-19; гуморальный иммунитет; B-клетки; антитела; вирус-нейтрализация

Для цитирования: Владимиров И.С., Жданова А.С., Болашова Е.С., Мухин В.Е., Макаров В.В., Юдин В.С., Краевой С.А. Динамика и функциональная характеристика антител и В-клеток памяти к SARS-CoV-2 в периферической крови у перенесших COVID-19 пациентов за период до 16 месяцев. Иммунология. 2023; 44 (6): 788-801. DOI: https://doi.org/10.33029/0206-4952-2023-44-6-788-801

Финансирование. Исследование не имело спонсорской поддержки.

Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Вклад авторов. Все авторы внесли равнозначный вклад в исследование и подготовку статьи к публикации.

Введение

Более трех лет прошло с момента возникновения острой респираторной инфекции, вызванной новым коронавирусом SARS-CoV-2 и быстро распространившейся по всему миру [1-3]. По состоянию на сегодняшний день вследствие многочисленных мутаций и возникновения различных вариантов вируса характер течения COVID-19 заметно изменился. Например, было обнаружено, что риск госпитализации при инфицировании Омикрон-вариантом на 15-80 % ниже, чем при инфицировании Дельта-вариантом, вследствие чего последняя волна заболеваний, вызванных Омикрон-вариантом, характеризуется значительно меньшим числом госпитализаций и смертей, чем предыдущие волны [4]. Тем не менее для многих пациентов из группы риска (имеющих в анамнезе ожирение, сахарный диабет, сердечно-сосудистые заболевания и заболевания легких) COVID-19 по-прежнему ассоциирован с повышенной вероятностью госпитализации и развития серьезных осложнений [5].

Гуморальный иммунный ответ на инфицирование организма SARS-CoV-2 обеспечивается вовлечением в иммунный процесс В-клеток, что приводит к выработке специфических антител против основных антигенных детерминант вируса [6]. Эти антитела играют существенную роль в защите организма, даже если их уровня недостаточно для полной нейтрализации вируса [7]. Антитела участвуют в защите от вирусных заболеваний посредством различных механизмов, опосредованных их Fab- и Fc-участками. Fab-опосредованные механизмы включают вирус-нейтрализацию, при которой проникновение вируса в клетку блокируется благодаря стерическим эффектам. Fc-опосредованные механизмы включают активацию комплемента, антитело-зависимую клеточную цитотоксичность (АЗКЦ) и антитело-зависимый клеточный фагоцитоз (АЗКФ) [8].

Среди наиболее иммуногенных белков SARS-CoV-2 выделяют белки шипа (S, Spike) и нуклеокапсида (N, Nucleocapsid), которые чаще всего используются в качестве антигенов в клинических серологических тестах. Белок шипа состоит из двух субъединиц: N-концевая S1-субъединица содержит рецептор-связывающий домен (RBD), который взаимодействует с рецептором - ангиотензин-превращающим ферментом II (ACE-2) на клетках нижних дыхательных путей. Это взаимодействие определяет конформационное изменение в С-концевой S2-субъединице S-белка, которое опосредует слияние мембран вируса и клетки-хозяина. Белок S, особенно его субъединица S1, обладает высокой иммуногенностью [9]. Белок N, обильно экспрессируемый во время инфекции, участвует в транскрипции и репликации РНК, а также в упаковке инкапсидированного генома в вирионы [10]. Однако в экспериментах N-специфические сыворотки не смогли проявить достаточную нейтрализующую активность [11, 12]. Напротив, RBD-специфические нейтрализующие антитела демонстрируют хорошую протективную способность против SARS-CoV-2 [13-16].

К настоящему моменту опубликованы некоторые результаты исследований напряженности и длительности иммунного ответа на SARS-CoV-2 [17-20]. Было показано, что после острой инфекции наблюдается снижение титров нейтрализующих антител в фазе выздоровления в течение 3-8 мес после заражения [21-24]. Результаты исследований демонстрируют, что за первоначальным резким снижением титров антител после естественного заражения следует относительно стабильная поддерживающая фаза, продолжающаяся до 12 мес [24, 25]. Это плато, предположительно, связано с образованием долгоживущих плазматических клеток, локализованных в костном мозге [26]. Однако к настоящему времени все еще недостаточно данных о напряженности гуморального иммунного ответа к вирусу SARS-CoV-2 спустя год и более после перенесенной инфекции.

Цель данной работы - изучение динамики лабораторных показателей постинфекционного гуморального иммунитета к SARS-CoV-2 в течение 16 мес.

Материал и методы

Участники исследования. Исследование было проведено в соответствии с этическими принципами Хельсинкской декларации Всемирной медицинской ассоциации "Этические принципы проведения медицинских исследований с участием человека в качестве субъекта" от 1964 г. с последующими изменениями и дополнениями. Протокол исследования был одобрен Этическим комитетом ФГБУ "ЦСП" ФМБА России. Все участники подписали добровольное информированное согласие на участие в данном исследовании. Забор образцов крови проводился с 20 марта по 30 августа 2021 г.

Критерии включения: в исследование были включены индивидуумы старше 18 лет, не прошедшие вакцинацию, с подтвержденным методом полимеразной цепной реакции (ПЦР) COVID-19 в анамнезе и не перенесшие повторной инфекции SARS-CoV-2.

Критерии исключения: наличие любого онкологического заболевания в течение 1 года до включения в исследование, наличие в анамнезе системных аутоиммунных заболеваний, первичных иммунодефицитов, ВИЧ-инфекции, гепатитов В и С, сифилиса, беременности и периода кормления грудью.

Получение мононуклеарных клеток периферической крови. Образцы периферической крови человека были получены посредством процедуры венепункции с использованием коммерческих систем BD Vacutainer (Beckton Dickinson, США) с K3EDTA в качестве антикоагулянта. Мононуклеарные клетки периферической крови (МКПК) выделяли методом центрифугирования в градиенте плотности с помощью раствора фиколла плотностью 1077 г/л (ПанЭко, Россия) при 450 g 20 мин. Полученные МКПК дважды отмывали в 10 мл фосфатно-солевого буфера (ФСБ) и криоконсервировали в клеточной среде RPMI-1640 (ПанЭко, Россия) с добавлением 20 % фетальной бычьей сыворотки (Capricorn Scientific, Германия) и 10 % диметилсульфоксида (Sigma-Aldrich, США). Хранили в парах жидкого азота при температуре -178 °C. Для проведения экспериментальных работ клетки размораживали на водяной бане при 37 °C и отмывали от криоконсервирующей среды в 10 мл RPMI-1640.

Получение образцов сыворотки крови. Образцы сыворотки крови были получены посредством венепункции с использованием коммерческих систем BD Vacutainer (Beckton Dickinson, США) с активатором свертывания и разделительным гелем. После процедуры забора крови пробирки центрифугировали при 1000 g 10 мин. Полученные образцы сыворотки аликвотировали и хранили при -80 °С до момента анализа.

Определение уровня антител к SARS-CoV-2 методом мультиплексного анализа. Для определения наличия антител IgG к антигенам SARS-CoV-2 в образцах сыворотки крови человека использовали набор реагентов SARS-CoV-2 Antigen Panel 1 IgG (Merck Millipore, Германия) и проточный флуориметр-анализатор FlexMap 3D (Luminex Corporation, США) в соответствии с инструкциями производителей.

Определение авидности антител к SARS-CoV-2. Для определения авидности антител методом иммуноферментного анализа (ИФА) использовали набор реагентов "SARS-CoV-2-ИФА-IgG-плюс" (ООО "Медипалтех", Россия). Анализ проводили в соответствии с инструкцией производителя. Для определения индекса авидности антител IgG каждый образец сыворотки крови человека исследовали в дубликатах в двух параллельных лунках. При этом антитела, специфические к SARS-CoV-2, связывались с рекомбинантными антигенами на твердой фазе, образуя комплексы "антиген-антитело". После отмывки несвязавшихся антител в контрольные лунки (ФБ-лунки) вносили фосфатный буфер, а в исследуемые (ДР-лунки) - денатурирующий раствор (4М раствор мочевины), который вызывал диссоциацию комплексов антител с антигеном. Дальнейшие шаги были стандартными для методики ИФА и включали инкубацию образовавшихся комплексов с конъюгатом антител к IgG человека с пероксидазой, отмывку, добавление раствора субстрата пероксидазы с хромогеном и остановку реакции стоп-реагентом. После измерения оптической плотности в двухволновом режиме (450/620-700 нм) индекс авидности определяли по формуле:

где ОПДР-лунка - ОП образца, обработанного денатурирующим раствором, ОПФБ-лунка - ОП образца в лунке с фосфатным буфером.

Антитело-зависимый клеточный фагоцитоз. Определение антитело-зависимой клеточной фагоцитарной активности проводилось методом проточной цитометрии. В качестве фагоцитирующих клеток использовалась клеточная линия THP-1, которая экспрессирует множество Fc-рецепторов, включая ингибирующие, активирующие, а также рецепторы с высокой и низкой аффинностью [27]. В качестве субстрата для фагоцитоза использовались флуоресцентные нейтравидиновые частицы FluoSpheres™ NeutrAvidin™-Labeled Microspheres, 1.0 µm, 580/605 (Invitrogen, США).

Флуоресцентные нейтравидиновые частицы инкубировали с биотинилированным рекомбинантным S-белком (вариант Ухань) в течение 12 ч при 4 °C. После отмывки от антител частицы инкубировали с предварительно инактивированными сыворотками в течение 2 ч на термошейкере при 37 °C. После этого отмытые иммунные комплексы "нейтравидиновая сфера - антитело" переносили в культуру клеток THP-1 и инкубировали при 37 °C, 5 % CO2 в течение 12 ч. По окончании инкубации клетки отмывали и фиксировали в 4 % растворе формальдегида. Затем оценивали долю клеток, содержащих флуоресцентные частицы, а также медианное значение их флуоресценции (MFI) на проточном цитометре CytoFlex LX (Beckman Coulter, США). Расчет индекса антитело-зависимой фагоцитарной активности производился по формуле [28, 29]:

Суррогатная вирус-нейтрализация (sVNT). Для определения суррогатной нейтрализующей активности антител использовали набор реагентов "SARS-CoV-2 Surrogate Virus Neutralization Test (sVNT) Kit" (ProteoGenix, Франция). В качестве твердой фазы использовали 96-луночные планшеты с адсорбированным рекомбинантным S-белком (варианты Ухань и Дельта). Анализ проводили в соответствии с инструкцией производителя.

Определение доли антиген-специфических B-клеток памяти. Анализ антиген-специфических B-клеток памяти осуществляли с помощью наборов реагентов SARS-CoV-2 Spike B Cell Analysis Kit и SARS-CoV-2 RBD B Cell Analysis Kit (Miltenyi Biotec, Германия) в соответствии с инструкциями производителя. Данные наборы позволяют выявлять SARS-CoV-2-специфические B-клетки путем связывания SARS-CoV-2-специфических белков с соответствующим антиген-специфическим B-клеточным рецептором (BCR) на B-клетках, циркулирующих в периферической крови человека.

Для проведения теста исследуемые МКПК инкубировали в присутствии биотинилированных S-белка или RBD-фрагмента в течение 15 мин при 4 °C. Одновременно производили окрашивание моноклональными антителами к поверхностным маркерам для обнаружения B-клеток памяти. После инкубации и отмывки фосфатно-солевым буфером добавляли конъюгаты стрептавидина с флуоресцентными метками. Клетки инкубировали 10 мин при 4 °C и отмывали фосфатно-солевым буфером. Анализ выполняли на проточном цитометре CytoFlex LX (Beckman Coulter, США). Стратегия гейтирования представлена на рис. 1. В ходе анализа определяли долю антиген-специфических B-клеток памяти среди всех B-клеток в образце.

Статистическая обработка данных. Для оценки силы связи между признаками использовали коэффициент корреляции Пирсона, статистически значимым считалось p < 0,05. Степени корреляции были обозначены в соответствии со следующими критериями шкалы Чеддока: слабая/отсутствует - от 0 до 0,29; умеренная - от 0,3 до 0,49; заметная - от 0,5 до 0,69; высокая - от 0,7 до 0,89; сильная - от 0,9 до 1,0.

Для оценки значимости полученных различий между группами использовался критерий Краскела-Уоллиса. Статистически значимым считалось p < 0,05. Для статистических расчетов и построения диаграмм использовалось ПО GraphPad Prism 9.3.1 (Dotmatics, США).

Результаты

Клиническая характеристика групп

В исследование было включено 15 здоровых добровольцев (группа сравнения), не имеющих в анамнезе COVID-19, и 87 пациентов, перенесших COVID-19. Переболевшие участники были разделены на 3 исследуемые группы в зависимости от времени, прошедшего с момента появления первых симптомов до момента взятия образцов крови для исследования (сут после инфекции, СПИ): группа 1 (от 14 до 70 сут), группа 2 (от 121 до 285 сут), группа 3 (от 315 до 500 сут). Подробная характеристика групп представлена в табл. 1.

Оценка взаимосвязи различных факторов гуморального ответа на SARS-CoV-2

Для оценки взаимосвязи между признаками были рассчитаны коэффициенты корреляции Пирсона и построена корреляционная матрица (рис. 2). Выявлена сильная степень взаимосвязи между уровнями анти-S1- и анти-RBD-антител (r = 0,95, p < 0,001, ДИ 0,92-0,97), высокая между уровнями анти-S1- и анти-S2-антител (r = 0,77, p < 0,001, ДИ 0,92-0,97) и уровнями анти-S2- и анти-RBD-антител (r = 0,81, p < 0,001, ДИ 0,71-0,88); зависимость между уровнями всех исследуемых анти-S- и анти-N-антител была менее выраженной, но заметной (рис. 3). Обнаружен высокий уровень корреляции между авидностью антител и временем с момента появления первых симптомов (r = 0,74, p < 0,001, ДИ 0,56-0,86). Также обнаружена заметная отрицательная корреляция между нейтрализующей активностью сывороток и авидностью антител. Индекс АЗКФ имел заметную корреляцию с уровнями анти-S2- и анти-RBD-антител.

Динамика изменения уровня антител к различным антигенам SARS-CoV-2

Динамика изменения уровня сывороточных IgG к SARS-CoV-2 была оценена у 87 пациентов в течение 16 мес с момента появления первых симптомов заболевания. По результатам мультиплексного анализа была построена регрессионная модель изменения уровней антител к четырем различным эпитопам вируса SARS-CoV-2 в сыворотке переболевших индивидуумов с течением времени. Результаты представлены на рис. 3. Было обнаружено, что с увеличением времени, прошедшего от манифестации заболевания, уровень специфических IgG медленно снижается. Однако следует отметить, что это снижение достаточно неравномерно. Например, постепенное снижение уровня антител к S1-белку и RBD-фрагменту продолжалось примерно до 300 сут и затем выходило на плато, в то время как уровень антител к S2-белку практически не изменялся. Уровень антител к N-белку, напротив, прогрессивно снижался в течение всего срока наблюдения (рис. 3А). При сравнении уровней специфических антител к различным вирусным антигенам в трех временных точках (между исследуемыми группами) обнаружено статистически значимое снижение уровня антител к S1-белку SARS-CoV-2 в группах 2 (p = 0,002) и 3 (p < 0,0001) относительно группы 1 (рис. 3Б).

Мы оценивали доли участников с защитным уровнем анти-S1-антител в каждой исследуемой группе. Уровень серопротективности был определен с помощью линейной регрессионной модели, разработанной ранее для данного набора реагентов [30]. Было обнаружено, что в группе 1 количество участников с достаточным для нейтрализации уровнем анти-S1-антител составило 82 %, в группе 2 - 65 % и в группе 3 - 69 % (см. рис. 3А).

Динамика изменения нейтрализующей способности и авидности антител к SARS-CoV-2

Изучено изменение нейтрализующей способности антител и их авидности с течением времени. Результаты представлены на рис. 4. Можно отметить, что нейтрализующая активность сывороток пациентов с течением времени снижается, в то время как авидность антител растет (рис. 4А). Сравнив нейтрализующую активность между исследуемыми группами, мы обнаружили статистически значимое снижение нейтрализующей активности сывороток: для дикого варианта SARS-CoV-2 она снизилась в среднем на 29,7 % (p < 0,0001) от группы 1 к группе 3, а для Дельта-варианта - на 23,9 % (p < 0,0001) (рис. 4В). Также при сравнении исследуемых групп обнаружено достоверное (р = 0,0002) повышение авидности антител (рис. 4Б). Кроме того, изучена эффективность антител в нейтрализации SARS-CoV-2 дикого типа в сравнении с Дельта-вариантом. Мы показали, что эффективность нейтрализации Дельта-варианта вируса достоверно ниже, чем дикого типа во всех исследуемых группах (рис. 4Г).

Динамика изменения антитело-зависимой фагоцитарной активности

В исследуемых группах была проведена оценка АЗКФ, результаты представлены на рис. 5. Можно заметить, что с увеличением времени после перенесенной инфекции индекс АЗКФ увеличивается (рис. 5А). Проведя сравнение исследуемых групп между собой, мы обнаружили статистически достоверное увеличение индекса АЗКФ между группами 1 и 3 (р = 0,0001), а также между группами 2 и 3 (p = 0,01) (рис. 5Б).

Динамика изменения доли антиген-специфических В-клеток памяти к различным антигенным детерминантам SARS-CoV-2

Была проведена оценка изменения доли антиген-специфических анти-S- и анти-RBD-В-клеток памяти в периферической крови. Результаты представлены на рис. 6. Мы обнаружили, что доля В-клеток памяти к SARS-CoV-2 в периферической крови постепенно нарастает с первых недель инфекции, достигая пика примерно к 200 сут для S-специфических и к 300 сут для RBD-специфических клеток, а затем постепенно снижается (рис. 6 А, Б).

Обсуждение

Гуморальный иммунный ответ и выработка антител имеют решающее значение для элиминации патогена, формирования иммунной памяти и предотвращения повторной инфекции. К настоящему времени имеющиеся данные о том, как долго сохраняются вирус-специфические антитела и какой уровень антител связан с иммунной защитой от COVID-19, недостаточно систематизированы. Более того, при сравнении результатов исследований следует проявлять осторожность, поскольку для оценки гуморального иммунитета используются различные лабораторные методы, основанные на определении как уровня антител к различным вирусным антигенам, так и их функциональных характеристик.

В данной работе мы провели оценку гуморального иммунного ответа у 87 переболевших SARS-CoV-2 пациентов в период от 14 до 500 сут после появления симптомов заболевания. С помощью корреляционного анализа мы охарактеризовали зависимость уровня и функциональной активности специфических антител от времени, прошедшего с момента заболевания, а также их взаимосвязь между собой. Полученные результаты демонстрируют, что уровни антител к различным вирусным антигенам в сыворотке крови снижаются с течением времени, однако динамика этого процесса зависит от их антигенной специфичности. Это согласуется с опубликованными ранее результатами [31, 32] и может быть связано с различиями в молекулярной структуре S- и N-белков и их содержании в вирусной частице. В большинстве исследуемых образцов мы не наблюдали снижения уровня антител ниже порога детекции.

Определение способности антител нейтрализовать заражение вирусом клеток-мишеней в условиях in vitro является "золотым стандартом" оценки протективных свойств сыворотки [33]. Однако использование этого теста на SARS-CoV-2 требует обеспечения условий работы с возбудителями II группы патогенности. В суррогатном тесте нейтрализации используются рекомбинантный S-белок вируса SARS-CoV-2 и конъюгированный с пероксидазой хрена рецептор ACE-2, что позволяет выполнять данный анализ в исследовательских и клинических лабораториях. Мы показали, что со временем вследствие снижения уровня антител нейтрализующая способность сывороток ожидаемо снижается в отношении как дикого штамма (Ухань), так и Дельта-варианта SARS-CoV-2, что также было описано ранее [34, 35]. Авидность антител, напротив, значительно возрастает с течением времени, что объясняется известными процессами их адаптации к вирусным антигенам (аффинное созревание). Это также объясняет наблюдаемое увеличение антитело-зависимой клеточной фагоцитарной активности.

В отличие от плазматических клеток, секретирующих антитела, B-клетки памяти являются долгоживущим клоном лимфоцитов и обеспечивают быстрый вторичный гуморальный ответ при повторном контакте с антигеном [36-38]. В нашем исследовании доля S-специфических В-клеток памяти достигает пика к 200 сут от появления первых симптомов, и затем постепенно снижается к 500 сут до исходных значений, что не противоречит уже опубликованным данным [39-41].

Данная работа демонстрирует, что иммунная память в виде функционально активных антител и B-клеток памяти сохраняется до 500 сут после перенесенной инфекции. В то же время глобальное распространение варианта Омикрон показало, что факт наличия антител у индивидуумов, перенесших ранее COVID-19, вызванного другими вариантами вируса SARS-CoV-2, снижает, но не исключает вероятность повторного развития заболевания. Более того, изучение нейтрализующей активности антител показало значительное снижение способности к нейтрализации варианта Омикрон SARS-CoV-2 образцами сывороток, полученных от переболевших другими вариантами вируса (Бета и Дельта) [42-44]. Таким образом, в оценке рисков повторного заражения, эффективности вакцинации и мониторинге эпидемиологической ситуации в первую очередь следует ориентироваться не на уровень или факт наличия антител, а на их функциональную активность в отношении антигенов актуального штамма SARS-CoV-2.

Заключение

Уровень антител в периферической циркуляции и их функциональность являются маркерами эффективности гуморального иммунного ответа на инфекцию SARS-CoV-2. Мы показали, что даже через 500 сут от появления симптомов у более чем 2/3 переболевших образцы сывороток проявляют нейтрализующую активность в отношении S1-белка вируса SARS-CoV-2 варианта Ухань. Однако появление новых вирусных вариантов заставляет осторожно подходить к оценке протективной способности антител, выработанных при ранее перенесенных заболеваниях или вакцинации препаратами на основе S-белка вируса SARS-CoV-2 варианта Ухань. Дальнейшее изучение гуморального иммунного ответа на SARS-CoV-2 является важным в контексте возможных пандемий в будущем.

Литература

1. Zhou P., Yang X.L., Wang X.G., Hu B., Zhang L., Zhang W., Si H.R., Zhu Y., Li B., Huang C.L., Chen H.D., Chen J., Luo Y., Guo H., Jiang R.D., Liu M.Q., Chen Y., Shen X.R., Wang X., Zheng X.S., Zhao K., Chen Q.J., Deng F., Liu L.L., Yan B., Zhan F.X., Wang Y.Y., Xiao G.F., Shi Z.L. A pneumonia outbreak associated with a new coronavirus of probable bat origin. Nature. 2020; 579 (7798): 270-3. DOI: https://doi.org/10.1038/s41586-020-2012-7

2.Wu F., Zhao S., Yu B., Chen Y.M., Wang W., Song Z.G., Hu Y., Tao Z.W., Tian J.H., Pei Y.Y., Yuan M.L., Zhang Y.L., Dai F.H., Liu Y., Wang Q.M., Zheng J.J., Xu L., Holmes E.C., Zhang Y.Z. A new coronavirus associated with human respiratory disease in China. Nature. 2020; 579 (7798): 265-9. DOI: https://doi.org/10.1038/s41586-020-2008-3

3. Wang C., Horby P.W., Hayden F.G., Gao G.F. A novel coronavirus outbreak of global health concern. Lancet. 2020; 395 (10223): 470-3. DOI: https://doi.org/10.1016/S0140-6736(20)30185-9

4. Christie B. COVID-19: Early studies give hope omicron is milder than other variants. BMJ. 2021; 375: n3144. DOI: https://doi.org/10.1136/bmj.n3144

5. O’Hearn M., Liu J., Cudhea F., Micha R., Mozaffarian D. Coronavirus disease 2019 hospitalizations attributable to cardiometabolic conditions in the United States: a comparative risk assessment analysis. J. Am. Heart Assoc. 2021; 10 (5): e019259. DOI: https://doi.org/10.1161/JAHA.120.019259

6. Андреев И.В., Нечай К.О., Андреев А.И., Зубарева А.П., Есаулова Д.Р., Аленова А.М., Николаева И.А., Чернявская О.П., Ломоносов К.С., Шульженко А.Е., Курбачева О.М., Латышева Е.А., Шартанова Н.В., Назарова Е.В., Романова Л.В., Черченко Н.Г., Смирнов В.В., Аверков О.В., Мартынов А.И., Вечорко В.И., Гудима Г.О., Кудлай Д.А., Хаитов М.Р., Хаитов Р.М. Поствакцинальный и постинфекционный гуморальный иммунный ответ на инфекцию SARS-CoV-2. Иммунология. 2022; 43 (1): 18-32. DOI: https://doi.org/10.33029/0206-4952-2022-43-1-18-32

7. Guo L., Ren L., Yang S., Xiao M., Chang D., Yang F., Dela Cruz C.S., Wang Y., Wu C., Xiao Y., Zhang L., Han L., Dang S., Xu Y., Yang Q.W., Xu S.Y., Zhu H.D., Xu Y.C., Jin Q., Sharma L., Wang L., Wang J. Profiling Early humoral response to diagnose novel coronavirus disease (COVID-19). Clin. Infect. Dis. 2020; 71 (15): 778-85. DOI: https://doi.org/10.1093/cid/ciaa310

8. Yaugel-Novoa M., Bourlet T., Paul S. Role of the humoral immune response during COVID-19: guilty or not guilty? Mucosal Immunology. 2022; 15 (6): 1170-80. DOI: https://doi.org/10.1038/s41385-022-00569-w

9. Woo P.C., Lau S.K., Wong B.H., Tsoi H.W., Fung A.M., Kao R.Y., Chan K.H., Peiris J.S., Yuen K.Y. Differential sensitivities of severe acute respiratory syndrome (SARS) coronavirus spike polypeptide enzyme-linked immunosorbent assay (ELISA) and SARS coronavirus nucleocapsid protein ELISA for serodiagnosis of SARS coronavirus pneumonia. J. Clin. Microbiol. 2005; 43 (7): 3054-8. DOI: https://doi.org/10.1128/JCM.43.7.3054-3058.2005

10. Chang C.K., Sue S.C., Yu T.H., Hsieh C.M., Tsai C.K., Chiang Y.C., Lee S.J., Hsiao H.H., Wu W.J., Chang W.L., Lin C.H., Huang T.H. Modular organization of SARS coronavirus nucleocapsid protein. J. Biomed. Sci. 2006; 13 (1): 59-72. DOI: https://doi.org/10.1007/s11373-005-9035-9

11. Agnihothram S., Gopal R., Yount B.L. Jr., Donaldson E.F., Menachery V.D., Graham R.L., Scobey T.D., Gralinski L.E., Denison M.R., Zambon M., Baric R.S. Evaluation of serologic and antigenic relationships between middle eastern respiratory syndrome coronavirus and other coronaviruses to develop vaccine platforms for the rapid response to emerging coronaviruses. J. Infect. Dis. 2014; 209 (7): 995-1006. DOI: https://doi.org/10.1093/infdis/jit609

12. Zhao J., Zhao J., Mangalam A.K., Channappanavar R., Fett C., Meyerholz D.K., Agnihothram S., Baric R.S., David C.S., Perlman S. Airway memory CD4(+) T cells mediate protective immunity against emerging respiratory coronaviruses. Immunity. 2016; 44 (6): 1379-91. DOI: https://doi.org/10.1016/j.immuni.2016.05.006

13. Ju B., Zhang Q., Ge J., Wang R., Sun J., Ge X., Yu J., Shan S., Zhou B., Song S., Tang X., Yu J., Lan J., Yuan J., Wang H., Zhao J., Zhang S., Wang Y., Shi X., Liu L., Zhao J., Wang X., Zhang Z., Zhang L. Human neutralizing antibodies elicited by SARS-CoV-2 infection. Nature. 2020; 584 (7819): 115-9. DOI: https://doi.org/10.1038/s41586-020-2380-z

14. Piccoli L., Park Y.J., Tortorici M.A., Czudnochowski N., Walls A.C., Beltramello M., Silacci-Fregni C., Pinto D., Rosen L.E., Bowen J.E., Acton O.J., Jaconi S., Guarino B., Minola A., Zatta F., Sprugasci N., Bassi J., Peter A., De Marco A., Nix J.C., Mele F., Jovic S., Rodriguez B.F., Gupta S.V., Jin F., Piumatti G., Lo Presti G., Pellanda A.F., Biggiogero M., Tarkowski M., Pizzuto M.S., Cameroni E., Havenar-Daughton C., Smithey M., Hong D., Lepori V., Albanese E., Ceschi A., Bernasconi E., Elzi L., Ferrari P., Garzoni C., Riva A., Snell G., Sallusto F., Fink K., Virgin H.W., Lanzavecchia A., Corti D., Veesler D. Mapping neutralizing and immunodominant sites on the SARS-CoV-2 spike receptor-binding domain by structure-guided high-resolution serology. Cell. 2020; 183 (4): 1024-42.e21. DOI: https://doi.org/10.1016/j.cell.2020.09.037

15. Астахова Е.А., Бязрова М.Г., Миляев С.М., Сухова М.М., Михайлов А.А., Морозов А.А., Прилипов А.Г., Филатов А.В. Анализ методом проточной цитометрии антител против шиповидного белка SARS-CoV-2 в сыворотке вакцинированных добровольцев. Иммунология. 2022; 43 (4): 447-57. DOI: https://doi.org/10.33029/0206-4952-2022-43-4-447-457

16. Хаитов Р.М., Скворцова В.И., Хаитов М.Р. Биомедицинская безопасность: иммуногенетика и коронавирусная инфекция. 2022; Москва : ГЭОТАР-Медиа, 352 с. ISBN: 978-5-9704-7382-5.

17. To K.K., Tsang O.T., Leung W.S., Tam A.R., Wu T.C., Lung D.C., Yip C.C., Cai J.P., Chan J.M., Chik T.S., Lau D.P., Choi C.Y., Chen L.L., Chan W.M., Chan K.H., Ip J.D., Ng A.C., Poon R.W., Luo C.T., Cheng V.C., Chan J.F., Hung I.F., Chen Z., Chen H., Yuen K.Y. Temporal profiles of viral load in posterior oropharyngeal saliva samples and serum antibody responses during infection by SARS-CoV-2: an observational cohort study. Lancet Infect. Dis. 2020; 20(5): 565-74. DOI: https://doi.org/10.1016/S1473-3099(20)30196-1

18. Peiris J.S., Chu C.M., Cheng V.C., Chan K.S., Hung I.F., Poon L.L., Law K.I., Tang B.S., Hon T.Y., Chan C.S., Chan K.H., Ng J.S., Zheng B.J., Ng W.L., Lai R.W., Guan Y., Yuen K.Y. Clinical progression and viral load in a community outbreak of coronavirus-associated SARS pneumonia: a prospective study. Lancet. 2003; 361 (9371): 1767-72. DOI: https://doi.org/10.1016/s0140-6736(03)13412-5

19. Андреев А.И., Андреев И.В., Нечай К.О., Есаулова Д.Р., Баклакова О.С., Вечорко В.И., Шиловский И.П., Кофиади И.А., Гудима Г.О., Мартынов А.И., Смирнов В.В., Кудлай Д.А., Хаитов М.Р. Взаимосвязь между возрастом и напряженностью поствакцинального гуморального иммунного ответа у лиц, ранее переболевших COVID-19. Иммунология. 2022; 43 (5): 583-92. DOI: https://doi.org/10.33029/0206-4952-2022-43-5-583-592

20. Нечай К.О., Андреев А.И., Андреев И.В., Есаулова Д.Р., Баклакова О.С., Шадыжева М.Б., Романова Л.В., Гегечкори В.И., Черченко Н.Г., Вечорко В.И., Кофиади И.А., Гудима Г.О., Мартынов А.И., Смирнов В.В., Кудлай Д.А., Хаитов М.Р. Динамическая оценка напряженности иммунного ответа на SARS-CoV-2-инфекцию и иммунизацию против COVID-19 вакциной "Спутник V". Иммунология. 2023; 44 (2): 157-66. DOI: https://doi.org/10.33029/0206-4952-2023-44-2-157-166

21. Röltgen K., Powell A.E., Wirz O.F., Stevens B.A., Hogan C.A., Najeeb J., Hunter M., Wang H., Sahoo M.K., Huang C., Yamamoto F., Manohar M., Manalac J., Otrelo-Cardoso A.R., Pham T.D., Rustagi A., Rogers A.J., Shah N.H., Blish C.A., Cochran J.R., Jardetzky T.S., Zehnder J.L., Wang T.T., Narasimhan B., Gombar S., Tibshirani R., Nadeau K.C., Kim P.S., Pinsky B.A., Boyd S.D. Defining the features and duration of antibody responses to SARS-CoV-2 infection associated with disease severity and outcome. Sci. Immunol. 2020; 5 (54): eabe0240. DOI: https://doi.org/10.1126/sciimmunol.abe0240

22. Sakharkar M., Rappazzo C.G., Wieland-Alter W.F., Hsieh C.L., Wrapp D., Esterman E.S. et al. Prolonged evolution of the human B cell response to SARS-CoV-2 infection. Science immunology. 2021; 6 (56): eabg6916. DOI: https://doi.org/10.1126/sciimmunol.abg69

23. Seow J., Graham C., Merrick B., Acors S., Pickering S., Steel K.J.A., Hemmings O., O’Byrne A., Kouphou N., Galao R.P., Betancor G., Wilson H.D., Signell A.W., Winstone H., Kerridge C., Huettner I., Jimenez-Guardeño J.M., Lista M.J., Temperton N., Snell L.B., Bisnauthsing K., Moore A., Green A., Martinez L., Stokes B., Honey J., Izquierdo-Barras A., Arbane G., Patel A., Tan M.K.I., O’Connell L., O’Hara G., MacMahon E., Douthwaite S., Nebbia G., Batra R., Martinez-Nunez R., Shankar-Hari M., Edgeworth J.D., Neil S.J.D., Malim M.H., Doores K.J. Longitudinal observation and decline of neutralizing antibody responses in the three months following SARS-CoV-2 infection in humans. Nat. Microbiol. 2020; 5 (12): 1598-607. DOI: https://doi.org/10.1038/s41564-020-00813-8

24. Закурская В.Я., Сизякина Л.П., Харитонова М.В., Шлык С.В. Динамика специфического гуморального ответа у пациентов, перенесших COVID-19. Иммунология. 2022; 43 (1): 71-7. DOI: https://doi.org/10.33029/0206-4952-2022-43-1-71-77

25. Petersen M.S., Hansen C.B., Kristiansen M.F., Fjallsbak J.P., Larsen S., Hansen J.L., Jarlhelt I., Pérez-Alós L., Steig B.Á., Christiansen D.H., Møller L.F., Strøm M., Andorsdóttir G., Gaini S., Weihe P., Garred P. SARS-CoV-2 natural antibody response persists for at least 12 months in a nationwide study from the Faroe Islands. Open Forum Infect Dis. 2021; 8 (8): ofab378. DOI: https://doi.org/10.1093/ofid/ofab378

26. Turner J.S., Kim W., Kalaidina E., Goss C.W., Rauseo A.M., Schmitz A.J. et al. SARS-CoV-2 infection induces long-lived bone marrow plasma cells in humans. Nature. 2021; 595 (7867): 421-5. DOI: https://doi.org/10.1038/s41586-021-03647-4

27. Forrester M.A., Wassall H.J., Hall L.S., Cao H., Wilson H.M., Barker R.N., Vickers M.A. Similarities and differences in surface receptor expression by THP-1 monocytes and differentiated macrophages polarized using seven different conditioning regimens. Cell Immunol. 2018; 332: 58-76. DOI: https://doi.org/10.1016/j.cellimm.2018.07.008

28. Ackerman M.E., Moldt B., Wyatt R.T., Dugast A.S., McAndrew E., Tsoukas S., Jost S., Berger C.T., Sciaranghella G., Liu Q., Irvine D.J., Burton D.R., Alter G. A robust, high-throughput assay to determine the phagocytic activity of clinical antibody samples. J. Immunol Methods. 2011; 366 (1-2): 8-19. DOI: https://doi.org/10.1016/j.jim.20https://doi.org/10.12.016

29. Darrah P.A., Patel D.T., De Luca P.M., Lindsay R.W., Davey D.F., Flynn B.J., Hoff S.T., Andersen P., Reed S.G., Morris S.L., Roederer M., Seder R.A. Multifunctional TH1 cells define a correlate of vaccine-mediated protection against Leishmania major. Nat. Med. 2007; 13 (7): 843-50. DOI: https://doi.org/10.1038/nm1592

30. Фролова Л.В., Земский П.Ю., Митрофанов С.И., Мухин В.Е., Шпакова Т.А., Казакова П.Г., Ахмерова Ю.Н., Буланова Н.В., Голубникова Л.А., Грамматикати К.С., Жданова А.С., Мкртчян А.А., Сергеев А.П., Снигирь Е.А., Фелиз Н.В., Макаров В.В., Юдин В.С., Кескинов А.А., Краевой С.А., Юдин С.М., Скворцова В.И. Методика оценки уровня IgG-антител к различным белкам SARS-CoV-2 с помощью мультиплексного иммунофлуоресцентного анализа. Иммунология. 2023; 44 (1): 109-19. DOI: https://doi.org/10.33029/0206-4952-2023-44-1-109-119

31. Alfego D., Sullivan A., Poirier B., Williams J., Adcock D., Letovsky S. A population-based analysis of the longevity of SARS-CoV-2 antibody seropositivity in the United States. EClinicalMedicine. 2021; 36: 100902. DOI: https://doi.org/10.1016/j.eclinm.2021.100902

32. Rosati M., Terpos E., Ntanasis-Stathopoulos I., Agarwal M., Bear J., Burns R., Hu X., Korompoki E., Donohue D., Venzon D.J., Dimopoulos M.A., Pavlakis G.N., Felber B.K. sequential analysis of binding and neutralizing antibody in COVID-19 convalescent patients at 14 months after SARS-CoV-2 infection. Front. Immunol. 2021; 12: 793953. DOI: https://doi.org/10.3389/fimmu.2021.793953

33. Pieri M., Infantino M., Manfredi M., Nuccetelli M., Grossi V., Lari B., Tomassetti F., Sarubbi S., Russo E., Amedei A., Benucci M., Casprini P., Stacchini L., Castilletti C., Bernardini S. Performance evaluation of four surrogate Virus Neutralization Tests (sVNTs) in comparison to the in vivo gold standard test. Front. Biosci. (Landmark Ed). 2022; 27 (2): 74. DOI: https://doi.org/10.31083/j.fbl2702074

34. Planas D., Veyer D., Baidaliuk A., Staropoli I., Guivel-Benhassine F., Rajah M.M., Planchais C., Porrot F., Robillard N., Puech J., Prot M., Gallais F., Gantner P., Velay A., Le Guen J., Kassis-Chikhani N., Edriss D., Belec L., Seve A., Courtellemont L., Péré H., Hocqueloux L., Fafi-Kremer S., Prazuck T., Mouquet H., Bruel T., Simon-Lorière E., Rey F.A., Schwartz O. Reduced sensitivity of SARS-CoV-2 variant Delta to antibody neutralization. Nature. 2021; 596 (7871): 276-80. DOI: https://doi.org/10.1038/s41586-021-03777-9

35. Rosati M., Terpos E., Agarwal M., Karalis V., Bear J., Burns R., Hu X., Papademetriou D., Ntanasis-Stathopoulos I., Trougakos I.P., Dimopoulos M.A., Pavlakis G.N., Felber B.K. Distinct neutralization profile of spike variants by antibodies induced upon SARS-CoV-2 infection or vaccination. Am. J. Hematol. 2022; 97 (1): E3-E7. DOI: https://doi.org/10.1002/ajh.26380

36. Seifert M., Küppers R. Human memory B cells. Leukemia. 2016; 30 (12): 2283-92. DOI: https://doi.org/10.1038/leu.2016.226

37. Byazrova M.G., Kulemzin S.V., Astakhova E.A., Belovezhets T.N., Efimov G.A., Chikaev A.N., Kolotygin I.O., Gorchakov A.A., Taranin A.V., Filatov A.V. Memory B cells induced by Sputnik V vaccination produce SARS-CoV-2 neutralizing antibodies upon ex vivo restimulation. Front. Immunol. 2022; 13: 840707. DOI: https://doi.org/10.3389/fimmu.2022.840707

38. Astakhova E.A., Byazrova M.G., Yusubalieva G.M., Kulemzin S.V., Kruglova N.A., Prilipov A.G., Baklaushev V.P., Gorchakov A.A., Tara-nin A.V., Filatov A.V. Functional profiling of in vitro reactivated memory B cells following natural SARS-CoV-2 infection and Gam-COVID-Vac vaccination. Cells. 2022; 11 (13): 1991. DOI: https://doi.org/10.3390/cells11131991

39. Hartley G.E., Edwards E.S.J., Aui P.M., Varese N., Stojanovic S., McMahon J., Peleg A.Y., Boo I., Drummer H.E., Hogarth P.M., O’Hehir R.E., van Zelm M.C. Rapid generation of durable B cell memory to SARS-CoV-2 spike and nucleocapsid proteins in COVID-19 and convalescence. Sci. Immunol. 2020; 5 (54): eabf8891. DOI: https://doi.org/10.1126/sciimmunol.abf8891

40. Rodda L.B., Netland J., Shehata L., Pruner K.B., Morawski P.A., Thouvenel C.D., Takehara K.K., Eggenberger J., Hemann E.A., Waterman H.R., Fahning M.L., Chen Y., Hale M., Rathe J., Stokes C., Wrenn S., Fiala B., Carter L., Hamerman J.A., King N.P., Gale M. Jr., Campbell D.J., Rawlings D.J., Pepper M. Functional SARS-CoV-2-specific immune memory persists after mild COVID-19. Cell. 2021; 184 (1): 169-83.e17. DOI: https://doi.org/10.1016/j.cell.2020.11.029

41. Gaebler C., Wang Z., Lorenzi J.C.C., Muecksch F., Finkin S., Tokuyama M., Cho A., Jankovic M., Schaefer-Babajew D., Oliveira T.Y., Cipolla M., Viant C., Barnes C.O., Bram Y., Breton G., Hägglöf T., Mendoza P., Hurley A., Turroja M., Gordon K., Millard K.G., Ramos V., Schmidt F., Weisblum Y., Jha D., Tankelevich M., Martinez-Delgado G., Yee J., Patel R., Dizon J., Unson-O’Brien C., Shimeliovich I., Robbiani D.F., Zhao Z., Gazumyan A., Schwartz R.E., Hatziioannou T., Bjorkman P.J., Mehandru S., Bieniasz P.D., Caskey M., Nussenzweig M.C. Evolution of antibody immunity to SARS-CoV-2. Nature. 2021; 591 (7851): 639-44. DOI: https://doi.org/10.1038/s41586-021-03207-w

42. Planas D., Saunders N., Maes P., Guivel-Benhassine F., Planchais C., Buchrieser J., Bolland W.H., Porrot F., Staropoli I., Lemoine F., Péré H., Veyer D., Puech J., Rodary J., Baele G., Dellicour S., Raymenants J., Gorissen S., Geenen C., Vanmechelen B., Wawina-Bokalanga T., Martí-Carreras J., Cuypers L., Sève A., Hocqueloux L., Prazuck T., Rey F.A., Simon-Loriere E., Bruel T., Mouquet H., André E., Schwartz O. Considerable escape of SARS-CoV-2 Omicron to antibody neutralization. Nature. 2022; 602 (7898): 671-5. DOI: https://doi.org/10.1038/s41586-021-04389-z

43. Cao Y., Wang J., Jian F., Xiao T., Song W., Yisimayi A., Huang W., Li Q., Wang P., An R., Wang J., Wang Y., Niu X., Yang S., Liang H., Sun H., Li T., Yu Y., Cui Q., Liu S., Yang X., Du S., Zhang Z., Hao X., Shao F., Jin R., Wang X., Xiao J., Wang Y., Xie X.S. Omicron escapes the majority of existing SARS-CoV-2 neutralizing antibodies. Nature. 2022; 602 (7898): 657-63. DOI: https://doi.org/10.1038/s41586-021-04385-3

44. Byazrova M., Yusubalieva G., Spiridonova A., Efimov G., Mazurov D., Baranov K., Baklaushev V., Filatov A. Pattern of circulating SARS-CoV-2-specific antibody-secreting and memory B cell generation in patients with acute COVID-19. Clin. Transl. Immunology. 2021; 10 (2): e1245. DOI: https://doi.org/10.1002/cti2.1245

Материалы данного сайта распространяются на условиях лицензии Creative Commons Attribution 4.0 International License («Атрибуция - Всемирная»)

Главный редактор
ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР
Хаитов Муса Рахимович

Член-корреспондент РАН, доктор медицинских наук, профессор, директор ФГБУ «ГНЦ Институт иммунологии» ФМБА России


Журналы «ГЭОТАР-Медиа»